Владислав галкин: «актер — это…

Владислав галкин: «актер — это...

Владислав Галкин: «Актер — это архитектор» Интервью ведет и комментирует Арина Абросимова

Блистательные работы в фильмах последних лет «В августе 44-го…», «Диверсант», «Смерть империи», «Мастер и Маргарита», «Казароза» свидетельствует и о востребованности, и о абсолютном таланте Владислава Галкина. Иван Бесприютный в его выполнении — роль-точное попадание и откровение в образ, в то время, когда у зрителей не появляется эмоции неловкости, ощущения, что режиссер совершил ошибку в выборе актера. Владислав Галкин не страдает звездной заболеванием.

А в это же время опыт его работы в кино перевалил за юбилейные двадцать пять лет: его актерская карьера началась в первой половине 80-ых годов XX века ролью очаровательного проказника Гека в «Приключениях Тома Сойера и Гекльберри Финна» С. Говорухина. Арина Абросимова. Как мы знаем, что современные актеры предпочитают изображать так называемых «отрицательных» персонажей — в них «имеется что играться».

В вашей фильмографии таких ролей, думается, нет. Возможно ли в этом случае сказать о вашей актерской разборчивости, либо же режиссеры видят вас только в качестве хорошего храбреца? Владислав Галкин. «Отрицательных» играться значительно легче. А у меня они различные. Легко люди делятся на тех, кто может исправлять собственные неточности, и тех, кто кроме того не думает об этом. Вот и вся отличие.

  А. Абросимова. Из-за чего вы вычисляете, что роль «отрицательного» персонажа играться легче? В. Галкин. Это же некая краска, маска, как, но, и каждая характерная роль: изначально — «ты плохой», каждые средства хороши, ничего не сломаешь… Звучит грубо, но однако… В «хороших» храбрецах все значительно сложнее — необходимо оправдывать, придумывать, создавать образ, дабы он жил, дабы в него поверили. «Моргалы выколю, пасть порву!» — да какое количество угодно!

Это несложно. (Надеюсь, вы осознаёте, что я не о том, как игрался великий Евгений Леонов.) А быть убедительным и искренним в роли дано не многим. У нас на сегодня нет мотива для воплощения хорошего храбреца. По причине того, что не многие знают, каким он должен быть. А. Абросимова.

А вы осознаёте? В. Галкин. Да, для себя отлично осознаю. Это сложно растолковать. Допустим, экранизируется известное литературное произведение, что неизменно более страшно, чем фильм по уникальному сценарию.

Тем более в случае если это произведение стало бестселлером и у него была громадная читательская аудитория. Каждое из его прочтений — лично, это неизменно особенное видение.

И в моем — как у любого зрителя и читателя — видении переплетаются и мои эмоции, ощущения, и познание этого его героев и произведения, и мое внимание к тому, что происходит в меня самого, рядом со мной, снаружи, на большом растоянии от меня… Плюс множество персонажей из истории кино, литературы и театра… Но самое увлекательное — обычный человек! В случае если любого человека с улицы поставить в некую обстановку, предъявленную в том либо другом произведении, что будет, как он себя поведет?

Возможно ли сообщить, каким он окажется — нехорошим либо хорошим? Различные люди в одной и той же обстановки проявляют себя по-своему. Любой из нас может лишь прогнозировать, что поступит вот таким-то образом. Но в то время, когда мы реально попадаем в сеть нюансов, в цепь событий, каковые что-то для нас и в нас открывают, то о какой однозначности возможно сказать?

Человек эгоистичен, и кто-то хорошие дела довольно часто совершает чтобы забыть обиду собственные поступки, для спасения собственной души. А кто-то второй делает хорошие дела, не вспоминая о награде. Но это также эгоизм — наслаждаться от того, что сделал что-то хорошее. Все для себя, любимого. Комфортно быть конформистом, весьма комфортно.

Второй вопрос, что в какой-то момент события будут тебя догонять и все равно наказывать.   А. Абросимова. За что? В. Галкин. За конформизм, за предательство по отношению к себе. По причине того, что конформист непременно все равно окажется перед выбором — идти направо либо налево, какую позицию занять?

А. Абросимова. В свое время для всех стал откровением «Конформист» Бернардо Бертолуччи… В. Галкин. Да!

Весьма хороший пример! Но если бы мы все были максималистами, также появлялись бы тяжёлые обстановки. В совершенстве у каждого — хотя бы у многих — на внутреннем уровне должно существовать чувство ответственности за все, что происходит около.

А. Абросимова. В очередной юбилей Победы, как и в Сутки защитника Отечества и другие патриотические праздничные дни, на телевидении и на громадном экране проходят волнами картины военной тематики, среди которых много сделанных сравнительно не так давно, в наши дни. Возможно ли сказать, что армейские фильмы последних лет — это попытка возродить базы морали?

В. Галкин. Вот, скажем, «В августе 44-го…». Хорошие ли в этом фильме храбрецы?

Я большое количество общался с ветеранами по этому поводу. И вот так как какая занимательная вещь! СМЕРШ — «смерть шпионам!» — это особое подразделение, которое искало неприятелей в тылу. На руках смершевцев кровь сотен, но — и это необходимо — жизнь десятков тысяч. Очевидно, попадали весьма многие и многие невиновные, но — так как война, времени разобраться, разбираться нет. Возможно их осуждать? Возможно. А возможно их оправдать?

Да, также возможно. Либо вот Катыгин в фильме «Диверсант» — он раскулачил собственную семью и сослал мать в Сибирь. Он какой?

Он хороший? Отрицательный? Да нет, он просто человек, что был в определенных событиях в определенное время. Помните, что тогда в людях с детства воспитывалась фанатичная преданность той идее, тем совершенствам. Люди просто не ведали, что творят.   А. Абросимова.

Сообщите, вы дробите кино на «мужское» и «женское» в зависимости от пола режиссера? И имеет ли для вас значение, кто ваш зритель — мужчина либо дама? В. Галкин. Не дроблю и ни при каких обстоятельствах не дробил. Все это глупости!

Я знаю массу примеров, в то время, когда дама снимает такое содержательное, важное, твёрдое кино, какое мужчинам и не снилось. И имеется масса мужчин, каковые делают совсем бесполое кино. А. Абросимова.

Возможно ли сказать о проблеме современного молодого кино? В. Галкин. Его неприятность — в отсутствии цензуры, той, верной, драматургической, творческой цензуры. И в отсутствии опять-таки ответственности. Наряду с этим имеется масса молодых ребят, каковые смогут сделать хорошее кино.

И слава всевышнему! Но на сегодня у нас не так много для того чтобы — хорошего — кино. Фестивалей, да, хватает, а качественных фильмов мало.

У нас, к сожалению, нет таковой, как на Западе, градации: фильмы категории А, В… Имеется неспециализированное месиво, оно поглощает хорошее и выпирает нехорошее. Неизменно тяжелее личностям, каковые желают отстаивать собственную точку зрения. Но особенно жалко, в то время, когда идут на сглаживание гениальные, умные люди.

А. Абросимова. У вас два образования — актерское и режиссерское. Из-за чего вы не пробуете себя как режиссер? В. Галкин. Всему собственный время.

Когда осознаю, что обязан это сделать, сделаю. До тех пор пока я не вижу в этом для себя необходимости. Неизменно на сто средних картин найдется пять по-настоящему хороших.

Это естественно. Даша1 недавно снялась в дебюте режиссера Аделя Аль-Хадада «Апокриф» по сценарию Юрия Арабова о Чайковском. Эту картину не будут раскручивать, вкладывать деньги в ее рекламу. Она принимала участие в нескольких фестивалях — и у нас, и за границей, имеется призы. В прокате прошла малым тиражом. По причине того, что у нас на данный момент, увы, нет необходимости в важном, интеллектуальном кино… А скажем, трудиться в рекламном компьютерном кино не каждому артисту весьма интересно.

Наблюдаешь полтора часа графику, полумультфильм… Я не приверженец для того чтобы кино. Актерская профессия, само собой разумеется, исповедальная. В первую очередь по отношению к самому себе.

И полностью одинокая. Она требует весьма важных затрат — моральных, физических, этических, нравственных… В то время, когда наблюдаешь на артиста, сопереживаешь ему, включаешься в историю его храбреца… А. Абросимова. …Это живое кино. В. Галкин.

Да! Живое! В то время, когда в кино возвратится настоящая, узкая, настоящая драматургия, в то время, когда мы будем иметь дело с опытной, качественной режиссурой — тогда и сможем сказать о восстановлении отечественного кинематографа. А. Абросимова. А вы в это верите? В. Галкин. К сожалению, я имею дело с тем, что происходит сейчас.

Мы довольно часто сетуем, что никто не желает вкладывать деньги в долговременные проекты. Нас обучили так жить и без того себя вести, что мы не понимаем: а что будет на следующий день? Возможно ли загадывать, планировать? Живешь одним днем.

Вот сейчас у тебя имеется какие-то замыслы, а на следующий сутки они смогут разрушиться… Нет, непременно, что-то изменяется в лучшую сторону. Отлично не забываю 90-е годы… Мы неспешно выруливаем.

А. Абросимова. Постперестроечное поколение — это же другие люди, воспитанные в том хаосе. на данный момент, думается, за счет мастерства пробуют возродить совершенства либо отыскать новые примеры, к каким стоит стремиться. Как вы к этому относитесь?   В. Галкин. В высшей степени положительно.

Любое государство зиждется на мифе и идеологии. В случае если храбреца нет — его нужно придумать. У каждого имеется потребность в храбрец. Кинематограф Соединенных Штатов складывается из мифа о так называемой «американской мечте», что культивирует в американцах лишь одно — любовь к отчизне. По окончании того как Сталлоне сыграл боксера Рокки, дети ушли с улиц, прекратили заниматься бандитизмом и взялись за спорт.

У нас такие храбрецы имеется в действительности, не нужно выдумывать их либо искать где-то на стороне. Имеется совсем фантастические спортивные успехи — в боксе, в легкой атлетике! Имеется чем гордиться! Я знаю человека, что из разнорабочих дослужился до директора студии — честь и хвала ему!

В случае если кто-то посвятил делу всю собственную жизнь, монумент возможно ему поставить. Но не каждый идет на такое: для чего, дескать, тратить силы, энергию, нервы? А. Абросимова. Исходя из этого мы в Российской Федерации и не можем выбраться на ступень повыше? В. Галкин. Выберемся!

Через чур мало времени прошло по окончании важных изменений. Мы постоянно требуем результата днем ранее, но так не бывает, парни! Разрушали страну столько лет, причем изощренно, грамотно. Таковой лапоть на полмира! В 70-80-е годы, в то время, когда я в школе обучался, никого не смущала официальная справка: уровень индустрии в СССР вырос на столько-то процентов если сравнивать с Россией 1913 года! Абсурд! У меня потрясающая семья, я историю страны знал отлично, не ограничиваясь книжкой истории.

Просматривал взахлеб множество книг. В школе меня время от времени просили не приходить на уроки истории либо ставили нехорошие оценки, чтобы я лишь не баламутил народ. Сейчас я все замечательно осознаю и не имею ничего к своим школьным преподавателям — до какой же степени им пришлось нелегко нести всю эту околесицу, вдалбливать ее в детское сознание!.. Прошу прощения за пафос, но пологаю, что самая основная цель каждого гражданина — самосознание.

Это крайне важно. Лишь спросив с себя, ты имеешь право задать вопрос с кого-то другого. Это отправные точки, которых нужно придерживаться, и тогда будет существенно проще жить.

Меня с детства обучили одной истине: не нужно ни при каких обстоятельствах никого ни в чем обвинять. Ищи обстоятельство в себе. А. Абросимова. Возможно, тяжело направляться этому принципу? В. Галкин. А кто сказал, что будет легко? Но я по-второму ни при каких обстоятельствах не умел и, да, стараюсь никого не обвинять в собственных проблемах. В случае если и появляется негативная обстановка, вспоминаешь: а что к ней привело?

Начинаешь отматывать назад и видишь, в чем обстоятельство, осознаёшь: ни при каких обстоятельствах больше так не поступай, думай! А. Абросимова. В одном из ваших интервью я просматривала, что роль Таманцева в фильме «В августе 44-го…» была вашей актерской мечтой и вы продолжительно убеждали режиссера дать ее как раз вам. В. Галкин. Нет, не то дабы убеждал, легко для меня это было принципиально важно. В то время, когда я поступал во ВГИК на режиссерский, то уже тогда весьма желал снимать эту картину.

Я, что именуется, +строил идею сценария. Потом Михаил Николаевич Пташук запустил собственный проект. Но, возможно, изначально нужно было делать «по мотивам романа», дабы не доводить дело до судебных слушаний с Богомоловым. Как мы знаем, было два суда, и Богомолов снял собственный имя с титров фильма. Он потрясающий человек, но легко роман нереально снять в том варианте, в каком он написан. По причине того, что имеется законы художественной литературы и имеется киноязык, его законы.

А Таманцев… Вряд ли кто-то лучше меня знал данный материал. У меня было собственный видение данной истории: противостояние отечественной команды и команды диверсантов. Выговоры я расставлял на том, что и те и другие делают одно да и то же дело, лишь одни ловят, другие — удирают. Ровно в таких же условиях отечественная команда имела возможность появляться на месте диверсантов в тылу неприятеля!

Их противостояние — игры взрослых мальчишек в весьма нешуточные вещи. Я максимально старался делать то, что обязан делать на своем месте, в предлагаемых событиях. А. Абросимова. Актерская профессия подразумевает перевоплощение в другого человека, перенос себя в иные исторические эры.

На вас, на вашей личности это как-нибудь отражается? В. Галкин. Сложно сообщить.

Не имеет возможности не отражаться, возможно. К вторым временам я пробовал лишь прикоснуться. Любая новая роль — это как рождение. Неизменно с нуля. Любой мой храбрец обязан пройти целый путь развития, в противном случае на него неинтересно наблюдать. Для меня это весьма захватывающий процесс, потому, что в основном я созидатель, а не разрушитель.

Актер — это архитектор, создатель нового образа в себя, из себя. А. Абросимова. Простите, но, по-моему, вы — человек не то дабы весьма современный.

Людей аналогичных суждений на данный момент мало. В отечественном времени вы как себя ощущаете?

В. Галкин. Вся эта «современность», «модность» — это таковой переходный возраст, юношество, в то время, когда ломается голос, в то время, когда для тебя принципиально важно: вот я актуальный. Это как заболевание, которой необходимо переболеть. В случае если мне нужно будет выбирать: быть самим собой либо быть актуальным — я, само собой разумеется, попытаюсь остаться самим собой. Ты — это ты и принимаешь жизнь через призму собственного мироощущения, мировоззрения. Для чего пользоваться чужими стандартами и фантазиями? Идти в ногу с временем?

А кто это придумал, что время идет с тобой в ногу?   «Мастерство. Кино», май 2007 г

Светлой Памяти Актера Владислава Галкина 1971 — 2010


Записи каковые требуют Вашего внимания:

Подобранные по важим запросам, статьи по теме: