Владимир шевельков: «рождение детей — стресс для мужчины»

Владимир Шевельков: «Рождение детей — стресс для мужчины»

Сыграв собственную первую ключевую роль в 17 лет, он пришел в кино действительно и на долгое время. Сейчас Владимир Шевельков «и швец, и жнец, и на дуде игрец»: актер, режиссер, директор. Везунчик? «Да я ишак!» — говорит он о себе.

— 50 лет — возраст, в то время, когда мужчина оценивает настоящие результаты собственной судьбе. Вы готовы похвастаться урожаем?   

— Я получил самое основное — семью и самого себя. Все, к чему стремилось общество в последние 30 лет, для меня не имеет значения. на данный момент мерилом успеха стал размер кошелька.

Так вот, в 50 лет наступило прозрение: ты хороший человек, у тебя красивая семья, но около — стадо козлов, козыряющих деньгами. И это бесит.

— Деньги для вас имеют значение?

— Скажем так, стали иметь значение.

— По окончании пятидесяти?

— Как раз! Не смейтесь: я вправду ни при каких обстоятельствах не пробовал скопить, с кем-то договориться, дабы что-то взять, кому-то своевременно улыбнуться. Я деньги и жил на них.

Сейчас наступил период, в то время, когда энергии достаточно, но прогибаться стало еще тяжелее.

Владимир шевельков: «рождение детей — стресс для мужчины»

— Знаю, что вы грезили снять «кино при минимальном количестве компромиссов». Оказалось?

— В случае если все сложится, это случится в этом году. У меня успешная актерская карьера, я был пользуется спросом в рекламе. Сейчас моя цель — стать успешным режиссером.

Жанр моего первого полнометражного фильма — фантастическая трагикомедия. В этом проекте я еще и сценарист, и директор, и начальник кинокомпании. Кстати, стало известно, что директором быть несложнее, чем режиссёром.

— А какова будущее сериала об Эдите Пьехе?

— В том месте непростая обстановка с юридической точки зрения. Нужно было сперва у самой Пьехи взять разрешение на применение в фильме ее имени. Меня попросили подхватить проект.

Уже приступив к работе, я осознал, что нет сценария. Случайные люди, уверенные в том, что кино снять — раз плюнуть. Взяли деньги, наняли собственных родственников, детей либо домашних животных, но не позаботились о том, для получения согласия главного храбреца.

Я надеюсь, что лет через десять придут профи и сломают эту совокупность. А что касается проекта, то, как петербуржец, я осознавал, что про Пьеху нельзя говорить ничего плохого. Она недостойна для того чтобы отношения.

Давайте придумаем персонаж и про него сочиним историю — таким было мое предложение. Так и сделали. Сейчас отечественную героиню кличут Клаудиа Коваль. Она не поет песни Пьехи, и у нее совсем вторая биография.

Но я не уверен, что смогу закончить картину.

— Серьёзно?

— В том месте сначала было непросто. Исполнитель ключевой роли пришел на съемку полностью неподготовленным. На мой честный вопрос: «В чем дело?» последовал ответ: «Я подписал соглашение — другое меня не интересует».

А случилось вот что: в течение десяти лет не было ни толковых операторов, ни живописцев. Специалисты — дорогие, в навозе ковыряться не будут. Помимо этого, все стали снимать однообразные фильмы.

Идей-то нет, по причине того, что руководят процессом не творческие продюсеры, а менеджеры. Сняли и забыли. В случае если кино продемонстрировали два раза — это победа!

Моя «Станица» шла три раза — и вовсе запредельный итог. А «Женские грезы о дальних государствах», «Васильевский остров» продемонстрировали — и они канули в Лету. Кино — лишь упаковка, деньги зарабатываются на производстве. Намерено приглашается режиссер, от которого ничего не зависит.

Продюсеры кроме того текст поменять не разрешают: его нужно произносить буква в букву. Вот актеры и потеряли навыки. Никому не нужна психология роли, внутренние монологи.

Задача актера — четко сказать слова. И лучше эти слова растянуть не на 120 секунд, как рекомендовалось раньше, а на десять–пятнадцать. О зрителе никто не думает. «Не нравится — переведи!»

Но беда в том, что и на втором канале то же самое. Вот актер и мнит о себе, что он сам и швец, и жнец. Двигаясь по кругам этого ада, где пользуется спросом лишь умение внятно произносить текст, и попадая к режиссёру, что требует иного, актеры начинают сопротивляться.

Режиссёр им мешает, делается неудобен. Выход один: деньги должны выделяться лишь специалистам, как уже происходит в русском науке.

— Да, об этом и Бортко сказал…

— И это при том, что он трудится в Госдуме. А как быть мне и вторым? Это огромная неприятность. Время от времени мне кроме того с днем рождения человека поздравить неудобно: сходу воображаю, что он заподозрит меня в корыстном интересе…

— Вы мнительный?

— Я взрослый…

— А вы сами подозреваете людей в дружбе с вами из корыстных побуждений?

— Редко. Но к 50 годам я начал видеть больше, чем раньше.

— Заинтриговали…

— Я понял, что существуют предательство и зависть. Раньше полагал, что, быть может, человек совершил ошибку, не так осознал. Многие вычисляли меня везунчиком.

— А это не верно?

— Да я ишак!

— Все же момент везения был, поскольку не Петю с соседнего двора пригласили на ключевую роль в фильме «В моей смерти прошу винить Клаву К.»…

— Храбреца вправду пара месяцев искали по всему СССР. По окончании полутора фотопроб и месяцев репетиций оставшихся кандидатов пригласили на кинопробы и в следствии выбрали меня. На последней пробе я сообщил про себя: «Фигня! Всех порву!», наряду с этим являясь вовсе не актером, а студентом электротехнического университета.

Само собой разумеется, мне повезло.

—  Говорят, на съемках у вас появились неприятности?

— Лгут. До начала съемок я не видел на площадке ни одного знаменитого актера —  у меня не было ощущения, что все действительно. Ну, дядька в очках, ну, пленку перезаряжают… В этот самый момент появляется Любовь Полищук. По окончании фильма «31 июня» в нее влюбилось все мужское население страны, а я практически падал в обморок.

И внезапно она вошла в павильон, загримированная под взрослую тетку с морщинами… Я подошел к ней: «А что вы тут делаете?» — «Как? В кино снимаюсь». — «Да какое это кино?!» В этот самый момент почувствовал за спиной таковой мороз, словно бы позади открылся холодильник. Оборачиваюсь — стоит вся съемочная несколько во главе с прекрасным  Эрнестом Викторовичем Ясаном, и у всех взор высказывает приблизительно следующее: «Что ты сообщил?!

А ну иди ко мне, козел!» В этот самый момент до меня дошло: это же настоящая Полищук, настоящий «Ленфильм», а я вправду играюсь ключевую роль! Что я имел возможность поразмыслить о себе в 17 лет? Само собой разумеется, ничего нехорошего!

Вот и занесло. Но ума хватило, да и помощник режиссёра скоро и очень доходчиво указал мне на мое место в мастерстве…

— Вам приходилось сталкиваться с капризами на съемочной площадке?

— Масса нынешних молодых актеров, ведущих себя нагло, не осознаёт, что к 40 годам никто их уже снимать не будет. Имеется, само собой разумеется, неповторимые люди, к примеру, Вячеслав Васильевич Тихонов, что на собственной щекотливой, весьма красивой энергетике смог просуществовать всю жизнь. Мне думается, актер обязан жить для того, дабы выходить на сцену, нравиться людям.

В этом смысле театр актеру нужен! Меня оценивали мои партнеры — Филиппов, Гердт, Соловей, Даль, Дмитриев, Роговцева, Ефремов, Пуговкин, Банионис, в случае если, само собой разумеется, подмечали. Так что, на мой взор, звездность — это заболевание, и она мне не занимательна.

Ты порази меня на съемочной площадке, а не вынуждай всецело выстраивать твою роль на монтажном столе. Забавно, что затем они говорят о себе: «Я крутой!»

— Вам не хочется возвратиться к актерской профессии, сыграть роль в собственном же фильме?

— Нет. Это плохо. А вдруг без шуток, то мне, как и любому актеру, нужен режиссер. Я не желаю сам все придумывать.

— Вы взглянули «Левиафан»?

— Да. В моей судьбы были встречи с высокими государственный служащими, каковые все как один говорили: «Ничего поменять запрещено!» Вот для них и нужно снимать такие фильмы. Но я против безысходности, отсутствия возможности.

Как раз по данной причине кино Андрея Звягинцева — это не мое.

— В эти дни на Первом канале идет премьерный показ сериала «Тест на беременность».

— Производство сериалов — это чудовищно трудная работа. Само собой разумеется, если ты уважительно относишься к себе и зрителю. Перед тем как студия RWS обратилась ко мне, в режиссерском кресле сменилось два человека. На площадке я заметил глубоко загружённых в материал актеров. Полгода они «делали операции», «отделяли послед» — пускай бутафорский, но у настоящих практически новорожденных детей!

А актеру 25 лет, и он просто не знает, как нужно брать ребенка.

— А из-за чего вы не применяли кукол?

— Была одна, весьма похожая на настоящего ребенка и жутко дорогая. Но актеры к тому времени успели превратиться в экспертов в области деторождения и кидались последами, фигурально выражаясь. Начали появляться конфликты.

Я был не против полить кого-то кровью, но кино про всевышних, каковые оказывают помощь оказаться на свет новым людям.

— У вас двое детей. Вы сами находились при их рождении?

— Я был с женой все время, но в самый главный момент вышел. Возможно, это эгоистично, но мне хочется видеть дам ухоженных, а не в тапочках, на операционном столе либо в бане. Так что я дистанцировался, но был рядом.

— Но чуть позднее на руки забрали?

— Не смог. Я год отходил от шока, заметив Андрюшку цвета мокрого асфальта. Еще свекровь волновалась: «Из-за чего Вова так с сыном обходится?» А мне необходимо было это .

Не смотря на то, что я помогал, время от времени кроме того в купаниях ребенка принимал участие. С дочерью было уже легче.

— Чем на данный момент занимается ваш сын?

— Он студент третьего курса юрфака. Крутой чувак! Как-то пришел ко мне на площадку, взглянул и говорит: «Столько работы… А где деньги, отец?» — «Но я наслаждение приобретаю». — «Я лучше получу, а позже буду наслаждение приобретать».

— Вы снимаете собственных детей?

— в один раз снял сына в рекламе. Он осознал, что это не его стихия. А девочку в обязательном порядке буду снимать: она уже актриса. Дочь успевает заниматься конным спортом, танцами, музыкой, британским…

— А вы верхом ездите?

— Легко прогуливаться верхом в лесу — одно наслаждение, но в манеже круги нарезать неинтересно! Упаду еще. В хоккей могу поиграть, в футбол. В кино хожу редко. Ничего хорошего не попадается.

Вот «Аватар» — сильно! Не сюжет, само собой разумеется, и не актеры. Но IMAX 3D переносит тебя в другую действительность.

Это собственного рода аттракцион.

— Как вы относитесь к играм по большому счету?

— Это мой самый ужасный порок. Но я постоянно играл лишь в футбол. Действительно, сейчас начал проигрывать. Может, дело в возрасте. У меня имеется еще одно увлечение — Италия. Мы с женой шутим: «Один сутки — Микеланджело, второй — Дольче и Габбана, позже — Да Винчи и Валентино».

В этом вся сущность Италии.

Разговаривала Анна Абакумова

В то время, когда мужчины как дети


Записи каковые требуют Вашего внимания:

Подобранные по важим запросам, статьи по теме: