Поросенок пер

Поросенок пер

Поросенок Пер

Фильм Алены Званцовой Норвег, вышедший в российский прокат, претендует на статус прорывного в комедийном жанре, что в Российской Федерации в далеком прошлом находится в глубоком кризисе. Упрочнения авторов картины нельзя не оценить, но их итог, к сожалению, отнюдь не вдохновляет.

критик и Российский зритель так истосковались по обычным комедиям, что уже кидаются на любой мало-мальски отличающийся (якобы) от общего потока дурновкусия и тупости кинопродукт, забрасывая его всевозможными авансами и проявляя чудеса снисходительности. В следствии Квартет И стал практически классикой, а также необычные претензии на наследие Гайдая со стороны Жоры Крыжовникова с его вызывающими большие сомнения социальными зарисовками принимаются публикой как что-то естественное.

просматривайте кроме этого SOS, Дедушка Холод либо все осуществится: спасите отечественные души от данной халтуры

В тенденцию вписывается и Норвег — чуть фильм вышел в прокат, послышались заявления о новом слове в русском кино, о возвращении к рязановским традициям, о долгожданном восстановлении комедийного жанра у нас.

Нет, само собой разумеется, такая благожелательность аудитории куда более объяснима, чем восхищения по поводу картин Горько! и Страна ОЗ. Имеется тут и более-менее связный сценарий, и хорошие актеры, и понятная авторская задумка. Дефицит забавных шуток — не неприятность, уж это в далеком прошлом прекратило казаться нам необходимым условием для комедий.

Неприятность — совсем в другом, в частности — в реализации задумки.

В центре внимания повествования — рефлексия главного храбреца в исполнении Евгения Миронова на предмет того, что из страны пора валить. И с женой в далеком прошлом развелся, и трудиться в офисе планктоном, имея красивое образование физика, — унизительно, и по большому счету прекрасно в том месте, где нас нет — в том месте веселей и богаче, бросче краски и без того потом. Лето, действительно, не теплей — эмигрировать храбрец собрался в Норвегию.

Предпринятое для этого интернет-знакомство с учительницей русского (Северия Янушаускайте) из маленького норвежского города и последующий ее приезд эту рефлексию делает более интенсивной. С одной стороны он начинает обращать внимание на очевидные культурные преграды, с другой — над ним начинает все посильнее сгущаться утрированная чернушная русский реальность. Над которой нам по-хорошему и предлагают смеяться.

В следствии нехитрого сюжетного маневра столичный офисный интеллигент должен стать главой группы дам-гастарбайтеров из Средней Азии, попав в малоприятную среду агрессивных гопников, сутенеров, небольших преступников и очередных стереотипных журналистов (каковые в итоге по большому счету невесть как оказываются кинодокументалистами). Кстати, эта его должность и растолковывает, что создатели фильма всегда напирают на сообщение собственного фильма с легендарным советским истерном — песня о госпоже Успехе раздастся в Норвеге пара раз, а титр растолкует самым несмышленым зрителям, что картина посвящается товарищу Сухову. Кроме указанного выше — очень условного — сходства, ничего общего с Белым солнцем пустыни у Норвега нет.

Как нет тут и обещанной в синопсисе необходимости храбреца изворачиваться, дабы скрыть от норвежской невесты среднеазиатских подруг. Это вправду имело возможность породить хотя бы пара забавных обстановок — но нет, эти линии практически не пересекаются.

просматривайте кроме этого Он — дракон: псевдорусское псевдофэнтези и примитивная эксплуатация

Так что фактически целый юмор в фильме сосредоточен на отношениях храбреца с коррумпированным милицейским (Дмитрий Марьянов), что не только взялся его крышевать, но и набивается ему в приятели с целью перевоспитать чистоплюя в соответствии со своим понятием о классических сокровищах. Каковые, согласно его точке зрения, не вступают ни в какое несоответствие со связями и взяточничеством с бандитскими группировками.

И, что самое парадоксальное, уроки судьбы в его выполнении приносят собственные плоды. Сам милицейский выписан так по-сорокински карикатурно, что жизненность его монологов, претендующая на комичность, вызывает вместо хохота разве что кислую ухмылку. А однообразная эксплуатация мимики Розой Хайруллиной (бывшая свекровь храбреца), призванная добавить комедийности в мелодраматические сцены с участием Ксении Раппопорт (экс-жена), не позовёт и ее.

Посыл фильма предельно ясен и достаточно адекватен: от себя ни в какую в Норвегию не убежишь. И люди в том месте совсем иные, и сам ты в том месте никому не нужен. При собственном образовании блины печь будешь в лучшем случае.

И эти рассуждения в полной мере резонны и обоснованы — но остаются они такими ровно до момента, пока авторы фильма не начинают, бормоча что-то не к месту про Пушкина, Толстого и Достоевского, развешивать по всем углам пучки клюквенной ягоды вперемежку со спорадической нелепостью и именовать все это таинственной сутью русского культурного кода. И так как дело не в том, что этого культурного кода нет — имеется, само собой разумеется.

И в кино мы встречали превосходные примеры его вскрытия — как в очень способной дилогии Алексея Балабанова. Легко при топорном подходе это узкое явление весьма легко перевоплотить в пародию на самого себя. И в итоге получается, что Отчизну обожать направляться не вопреки малоприятным чертам некоторых ее обитателей (характерным не только для россиян, но об этом авторы фильма, возможно, не подозревают), а благодаря им — в этом-де и проявляется парадоксальность русского мировоззрения.

В соответствии с которым, словно бы бы, обожать ее больше и не за что. Да имеется же. Откройте глаза и посмотрите около.

2.5

Свинка Пеппа — Cборник 3 (45 мин.)


Записи каковые требуют Вашего внимания:

Подобранные по важим запросам, статьи по теме: