Но есть в кармане фига — взведенный пистолет

Но есть в кармане фига - взведенный пистолет

Но имеется в кармане фига — взведенный пистолет

Блистательный Петербург, середина XIX века. Столичное общество эпатирует некто Яковлев — искусный стрелок, что, по его же словам, не обожает дуэлей — и все же систематично принимает вызовы (плюс он еще и бессмертен — практически практически). Стреляется не за себя — а за того юноши. Другими словами — за деньги.

И достаточно не так долго осталось ждать выясняет, что стал пешкой в руках собственного заклятого неприятеля.

просматривайте кроме этого Прекрасная семерка: ковбойский интернационал против капиталистов

Рассказ о обширно разрекламированной и на все лады расхваленной критиками русском киноновинке хочется начать с хорошего. Дуэлянт — прекрасный фильм. Нет, кроме того не так. Дуэлянт — самый прекрасный, самый стильный, самый эстетически выверенный фильм, в случае если сказать о отечественном массовом кинематографе последних лет. К тому же, он — не смотря на то, что и не ставит собственной задачей шокировать зрителя навороченными эффектами — по-американски (в хорошем смысле) высокотехнологичен.

Прежде всего, это относится к декорациям, проработанным до небольших подробностей (возможно, специально для формата IMAX).

В них имеется и что-то от классики отечественной муниципальный живописи, и уместный глянец — в то время, когда речь заходит об украшенных игрой теней богатых интерьерах, и необычный дореволюционный нуар, а также намеки на викторианский стимпанк Гая Ричи. Прохожие в цилиндрах, кареты, брички, рынки, салоны, шикарные женские уборные, мужские сюртуки.

Подвижная, избегающая статики камера Максима Осадчего, когда-то снимавшего видеоклипы для песен Линды (а позже — Сталинград Бондарчука), тут весьма кстати: вот она смакует танцы пылинок и крупные планы на свету; вот — отдаляется и дает панораму залитого дождями и подтаявшим льдом Петрограда. Другими словами, с визуальной точки зрения это, само собой разумеется, не тандем Иньярриту-Любецки, но все-таки — класс.

просматривайте кроме этого Стартап: сериал о азбучных истинах в духе фрикономики

О втором прославленном альянсе — Леоне-Делли Колли — напоминают вынесенные в заголовок дуэли. Обязательно — насмерть. Они — лицом к лицу, барьерные, через ткань а также набившая оскомину русская рулетка — поставлены по высшему разряду. Мизгирев сотоварищи пользуются только проверенными приемами, но их в полной мере хватает для большого результата.

Орудия убийства демонстрируют во всей своей наготе — с необходимыми бликами на стволах. Паузы, по окончании которых грянут выстрелы, — так саспенсоемкие, что от них практически начинает ныть лоб. Сами выстрелы — громкие.

Требующие сатисфакции мужчины — эмоциональные, статные, атлетичные, бесстрашные, с пружинистой походкой, стреляющие не только пулями, но и взорами. В общем, зрелище вышло — на заглядение. И приблизительно ясно, для чего пригодились баснословные 700 миллионов рублей.

Хороши — до поры — и персонажи. Застегнутый на все пуговицы, целый в тёмном, бьющий без промаха таинственный бретер Яковлев (Петр Федоров) и пуленепробиваемый — по крайней мере, эмоционально — граф Беклемишев (Владимир Машков) обозначают конфликт, дают прорасти очень недурной — возможно сообщить, практически акунинской — интриге и… сами же — с легкой руки сценариста — делают развитие данной интриги совсем пресным.

Более чем занятная околодетективная завязка, хорошая впечатляющего антуража, существует как будто бы сама по себе. Другое снято как словно бы по наспех дописанному черновику — в типично голливудском стиле. Что в этом случае — не комплимент.

просматривайте кроме этого Свет в океане: экстремально плаксивая мелодрама о последствиях войны

Многие, действительно, выполняют параллели другого рода. С отечественной литературной классикой — в ней, дескать, также имеется дворянство без упрёка и страха, у Пушкина был Выстрел, Онегин убил Ленского, а Лермонтов по большому счету написал Фаталиста — новеллу об игре с Аидом в орлянку. Но помилуйте, в тех книгах честь и преимущество были больше, чем легко прекрасными словами.

Да что в том месте русская литература золотого века со всеми ее нюансами и сложностями! Имеется так как условный пример Дюма-отца с Графом Монте-Кристо — не перегруженной психологизмом авантюрной историей (также о чести и также о преимуществе). Либо, говоря о современниках, того же Акунина — с удачно экранизированным Статским советником. Будь Дуэлянт чем-то подобным, вопросов к нему не появлялось бы. Увы, его утрирования — еще более радикальные.

До отметки комикса. Простенького триллера. Так именуемого мужского фильма.

В этом мужском фильме одержимый жаждой отмщения безрадостный протагонист, очевидно, харизматичен и брутален. Но это харизма и брутальность не важной ужасной фигуры, которая, нужно думать, подразумевается, а какого-нибудь Бэтмена (в лучшем случае — нолановского, в нехорошем — снайдеровского). Антагонист же по собственному потенциалу в полной мере мог быть местным Мефистофелем — с машковским-то жгучим демоническим взором.

А на деле оказывается очевидным, не смотря на то, что и классно сыгранным, подлецом — разве что не смеющимся во все горло. От супергероев и суперзлодеев у них имеется кое-что еще. Скажем, необычная уверенность в собственной правоте и отсутствие хотя бы намека на рефлексию.

И пафос, пафос, пафос. Последнего в современной крупнобюджетной продукции и без Дуэлянта уж совершенно верно в полной мере хватает.

просматривайте кроме этого Бриджит Джонс 3: редкий пример успешного триквела

И вдобавок в ней хватает необычных совпадений, ненужных амурных линий, эротики для эротики, сомнительных концовок и нелепых твистов. Всем этим может похвалиться и мизгиревская картина. Как зрелищный аттракцион она, пожалуй, удалась.

Но никакие красоты, эстетские цитаты из Выжившего либо Мертвеца (как еще принимать околомистическую линию с алеутским шаманом на фоне северной природы?) и красивые роли Гармаша с Колокольниковым и Яценко не окажут помощь не обращать внимания на сценарные дыры. И на через чур уж очевидные — не обращая внимания на время и место действия — заимствования из клишированных заокеанских блокбастеров.

Если не верите, вот вам конкретный пример, граничащий со спойлером: в какой-то момент тут состоится выход местного то ли Моргана Фримена, то ли Майкла Кейна. Оный практически два часа скорбно молчит, а позже внезапно парой реплик заставляет сломленного было главного храбреца забрать быка за рога. И разобраться со всеми проблемами без особенных упрочнений — посредством рояля в кустах.

Такие вот Петербургские тайны: На заре справедливости.

И все-таки с Дуэлянтом стоит связать определенные надежды. Возможно, он — по умолчанию обреченный на коммерческий и зрительский успех — имел возможность бы дать старт новой франшизе. Замечательный и фактически эксклюзивный сеттинг у продюсерской и режиссерской команды уже имеется.

Осталось только написать для него сценарий занимательнее и политературнее — и населить фигурами пообъемнее.

3.0

На спусковом крючке из альбома Володя Высоцкий Б 2015


Записи каковые требуют Вашего внимания:

Подобранные по важим запросам, статьи по теме: