На съемки «семнадцати мгновений…

На съемки «семнадцати мгновений...

На съемки «Семнадцати мгновений весны» Броневого увезли со свадьбы

17 декабря Леониду Броневому исполняется 80 лет. Незадолго до юбилея актер был удостоен ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени. Жизнь не баловала Леонида Сергеевича — напротив, испытывала на прочность с самого детства.

Броня была крепка, он выстоял вопреки всем событиям. Об актере говорит Елена Иванова.

  Леонид Броневой

В то время, когда и где появился: 17 декабря 1928 года в Киеве

Символ зодиака: Стрелец

Семья: супруга — Виктория, пенсионерка; дочь — Валентина (от первого брака), окончила Университет зарубежных языков им. Мориса Тореза; внучка — Ольга

Образование: в первой половине 50-ых годов двадцатого века окончил Ташкентский театрально-художественный университет им. А.Н. Островского, в 1955 году — Школу-студию МХАТ

Карьера: трудился в театрах Магнитогорска, Оренбурга, Сурового, Воронежа, Иркутска; с 1962 по 1988 год — мастер сцены на Малой Бронной (принимал участие в спектаклях «Женитьба», «Ромео и Джульетта», «Сказки ветхого Арбата» и др.), с 1988-го трудится в «Ленкоме» (сыграл в постановках «Мудрец», «Чайка», «Королевские игры», «еретик и Варвар», «Плач палача» и др.). Снялся более чем в 50 фильмах

Вкусы: еда — все, что готовит супруга; литература — Александр Пушкин, Михаил Лермонтов; музыка — классика; хобби — наблюдать футбольные матчи

Леонид Броневой в первый раз снялся в кино в 36 лет — сыграл полковника жандармерии в фильме «Товарищ Арсений». Но стал известным лишь спустя девять лет, в то время, когда вышла картина Татьяны Лиозновой «Семнадцать мгновений весны», где Броневой выполнил роль шефа гестапо Мюллера. В стране началась форменная мюллеромания!

Третьеклассники как-то написали Броневому письмо: «Дед Мюллер, мы желаем быть похожими на тебя…» А один из участников ЦК ВЛКСМ на вопрос, из-за чего в мире так много фашистских организаций, заявил: «Броневой виноват! Запрещено делать нацистов такими привлекательными!»

Сам актер испытывает к данной работе двойственное чувство. Он сыграл более 50 ролей, но лёт и 35 народ спустя цитирует только Мюллера, копируя интонации Броневого: «А вас, Штирлиц, я попрошу остаться». Актер вздыхает: «Вот у Бабочкина был крест — Чапаев, у Бориса Чиркова — Максим… А у меня — Мюллер». 

Я целилась не в вас!

По окончании того как «Семнадцать мгновений…» в первый раз продемонстрировали по ТВ, Броневой почувствовал все «прелести» популярности. Простым делом начало слышать шепот вслед: «Наблюдай скорей — Мюллер!» А в один раз с артистом случился и вовсе анекдотичный случай. Театр на Малой Бронной, в котором он в то время служил, гастролировал в Одессе.

Актер решил прогуляться по городу и для конспирации надел солнцезащитные очки. Броневой проходил мимо магазина обуви (нужно сообщить, обувь в те времена была ужасным недостатком), в очереди разгорался скандал — разгоряченная покупательница, швыряя в обидчицу громадную коробку, попала в голову актера! На мгновение прервав перебранку, скандалистка прокричала: «Мюллер, простите!

Я целилась не в вас!» Броневой только смущенно исправил очки, каковые были очень вызывающим большие сомнения средством маскировки.

«Семнадцать мгновений весны» обожали все — от несложных работяг до председателя КГБ Юрия Андропова. Он лично смотрел за съемками и позже издал указ о награждении актеров. Говорят, в том перечне вместо фамилии Броневой значилось — Мюллер.

А ведь сначала режиссер фильма Татьяна Лиознова планировала пригласить на роль Мюллера Всеволода Санаева. Броневому она внесла предложение стать Гитлером. Леонида Сергеевича загримировали, сделали фотопробы — сходство выяснилось поразительным! Но супруга актера Виктория запротестовала: «Лишь не Гитлер!!!

В крайнем случае, соглашайся на Мюллера…» Кстати, в то время, когда шли съемки, супруга актера вместе с ним выучила две Штирлица — и роли Мюллера. А все вследствие того что супруг довольно часто репетировал дома и Виктория подавала ему реплики.

Броневой не был похож на прототип персонажа, скорее, настоящего Мюллера напоминал Вячеслав Тихонов, но в этом случае портретное сходство было совсем не серьёзным. В сценарии Гитлер был фигурой одиозной, карикатурной, играться было очень нечего. А Мюллера, напротив, выписали тонко.

Самая известная подробность этого образа показалась как раз благодаря Броневому. Костюмеры сшили ему мундир на несколько размеров меньше, чем нужно. Воротничок впивался в шею, и актер иногда начинал крутить головой.

Лиознова увидела, сочла это находкой — и Мюллер стал жадно подергивать шеей в особенно напряженные моменты.

Боевая фамилия

Один из самых любимых смешных рассказов актера: «Штирлиц выстрелил в Мюллера. Пуля отскочила. «Броневой», — поразмыслил Штирлиц».

По одной из домашних преданий, эта фамилия показалась в двадцатые годы прошлого века. У кондитера Осипа Факторовича было три сына. Быть может, они пошли бы по отцовским стопам и всю жизнь пекли пирожные и торты. Но грянула революция, за ней Гражданская война… Домашнюю кондитерскую было нужно закрыть.

Один из братьев, Абрам, стал красногвардейцем и вести войну на бронепоезде. А позже в память о славном боевом прошлом решил забрать фамилию Броневой — и передал ее по наследству потомкам.

Папа актера Семен Броневой получал образование Киеве на рабфаке, планируя стать юристом. Но во второй половине 20-ых годов XX века его обвинили в троцкизме и исключили из партии. У Семена появились неприятности с трудоустройством. Выручил старший братАлександр — забрал к себе. Броневой-старший занимал в органах госбезопасности пост главы 2-го отдела экономического управления. Он искал «подпольных миллионеров» и экспроприировал сокровище.

У Семена не было выхода: супруга Белла уже ожидала ребенка. По окончании того как свернули НЭП (новую экономическую политику, которая должна была скоро совладать с разрухой по окончании Гражданской войны), таких, как Александр, в стране хватало. Но это лишь в «Золотом теленке» охота Остапа Бендера на миллионера Корейко приводит к улыбке.

В настоящей работе управления госбезопасности не было ничего забавного.

Александр Броневой являлся к жертве с отрядом вооруженных до зубов чекистов, проводил изъятия и обыски, а главу семьи увозил на допрос. К некоторым людям у него был особенный подход. К известному на целый Киев врачу Ивану Завьялову, с которым Броневой был знаком, он явился один. Погоняв чаи и поболтав о погоде, мирно попросил: «А сейчас, Иван Александрович, давайте ваше золотишко!» — «Да как же это, Александр Осипович?» — «Вы что же, желаете, дабы я привел архаровцев и они все тут у вас перевернули?» Хозяин квартиры покорно дал сокровище…

Семен Броневой от брата не отставал. В начале 1930-х за операцию по изъятию в Иваново нелегального золота на шесть миллионов рублей он был награжден орденом Красной Звезды. В свободное от работы время младший брат игрался в футбол.

По словам ивановских краеведов, именно он организовал в их городе команду «Динамо» и всего за год выстроил на месте муниципальный свалки громадной стадион.

В середине 1930-х встала новая волна против «врагов народа», и Семена Осиповича арестовали по подозрению в троцкизме. Старший брат уже не имел возможности ему оказать помощь: годом раньше он провалил серьёзное задание и перебрался из НКВД в народный комиссариат здравоохранения Украины. В марте 1937 года Семена приговорили к лагерям, Беллу с мелким Леней послали в город Малмыж Кировской области. Опытные люди дали совет жене «врага народа» развестись с мужем, давали слово, что так будет меньше неприятностей. Она так и сделала.

А по документам ее сына стали величать Леонидом Сергеевичем. Сороковые роковые

Война застала мать и 12-летнего сына в Киеве. Незадолго до 22 июня они смогли возвратиться в любимый город — и, спасаясь от наступающих немцев, чуть успели покинуть его с последним поездом.

Их эвакуировали в казахстанский город Чимкент. В том месте Леня получал образование школе (за год сдал экстерном программу за три последних класса), трудился в пекарне и в пошивочном цехе кукольного театра (а заодно написал кукольную пьесу). К сожалению, у Броневого больше не было возможности играть на скрипке — до ссылки он получал образование музыкальной школе при Киевской консерватории, в классе известного доктора наук Давида Бертье, занимавшегося лишь с талантами.

В будущем Броневой видел себя то летчиком, то дипломатом, то журналистом-международником. На безнравственную почву сына вернула мать. Во всех учебных заведениях в анкетах для поступающих был вопрос: «Пребывали ли вы либо ваши ближайшие родственники в заключении либо на оккупированных территориях?» Так что двери большинства институтов были закрыты для Лени.

Белла Львовна узнала, что в Ташкентском театрально-художественном университете для того чтобы пункта не существует. Туда-то она и послала сына. Музыкант на подхвате

Леонид Броневой не весьма сохранял надежду на то, что Ташкент — город хлебный.

Получая образование университете, подрабатывал как мог. К примеру, переводил стихи узбекских поэтов на русский язык. Узбекского он не знал и ночами сидел со словарем над каждой строчкой.

Кстати, в итоге перевел около пятидесяти стихотворений!

Позднее устроился диктором на местное радио. Вел утренний эфир вместе с втором-узбеком: напарник просматривал новости по-узбекски, Броневой — по-русски. В первое время больше всего проблем ему доставлял тумблер: поворачиваешь его от себя — ты в эфире, на себя — тебя в эфире не слышно, возможно покашлять. Броневой пугался и путался, но неспешно освоился. А в один раз друг не смог выйти на работу.

Броневого задали вопрос: «Можешь по-узбекски начать программу?» — «Нужно порепетировать…» — «Репетировать?! Через 180 секунд эфир!» Леонид сумел поздороваться в эфире без неточностей.

Музыкальный талант также понадобился: Леонида забрали в закусочную играть на аккордеоне — он подменял то скрипача, то пианистку. Музицировали целый полночи и вечер. Выполняли песни из репертуара Петра Лещенко, Вадима Козина, Александра Вертинского. Постоянные визитёры кафе — рецидивисты, преступные авторитеты — заказывали композиции очень уникальным методом: наматывали купюру на вилку либо нож и метали столовые устройства на сцену.

Артисты чуть успевали увернуться от летящего гонорара. В этом заведении не были редки драки а также убийства. Нет слов!

По окончании окончания университета Броневой был в Челябинской области — в Магнитогорском драматическом театре имени А.С. Пушкина. Ролей на первых порах не было, и, дабы как-то себя занять, Броневой возглавил театральный кружок, организовал хор, которому сам же сопровождал на аккордеоне. Много лет спустя он с юмором вспоминал, как был радостен, в то время, когда ему наконец дали роль. Но на первой же читке стало известно, что она… без слов.

Режиссер тогда растолковал начинающему актеру: роль с текстом любой сыграть сумеет! А ты попытайся вот так обратить на себя внимание!

Но и позднее ничего большего в этом театре молодому актеру так и не доверили, он перебрался в Оренбургскую драму. В этот самый момент будущее сделала крутой поворот. в один раз Леонид заметил телеспектакль МХАТа «На дне» сАлексеем Грибовым. Он был так восхищен, что написал мэтру восторженное письмо. Взяв ответ, сорвался в Москву.

Грибову юный талант понравился, мэтр привел его на прослушивание в Школу-студию МХАТ. Броневого приняли сходу на третий курс, где обучались Ирина Скобцева, Людмила Иванова, Галина Волчек, Игорь Кваша.

Но по окончании школы-студии он опять уехал из Москвы: трудился в Суровом, Воронеже, Иркутске. Имеется театральная байка о том, как позднее, благодаря сибирскому периоду биографии, он взял звание заслуженый артиста РСФСР. Броневой выступал в Национальном Кремлевском дворце — просматривал «Стихи о советском паспорте» Маяковского. По окончании концерта за кулисами объявился тогдашний первый секретарь МГК КПСС Ельцин.

Кто-то из артистов спросил: «Борис Николаевич, как вам тут, в Москве?» — «Кроме того не задавайте вопросы!» — и, повернувшись к Броневому, задал вопрос: «Вы сибиряк?» — «Возможно сообщить, да. какое количество лет в Иркутске трудился…» Ельцин повернулся к свите государственныхы служащих: «Из-за чего он до сих пор не заслуженый артист?» И уже через несколько дней оплошность исправили. В домино за буханку хлеба

Из Иркутска семья Броневых перебралась в Воронеж, но произошло горе — заболела супруга Леонида. Спасти Валентину не смогли, и Броневой остался один с четырехлетней дочкой Валенькой. Актер решил перебраться в Москву, поближе к родственникам жены, начал искать работу в cтоличных театрах.

Он весьма понравился Борису Равенских, возглавлявшему Столичный театр им. А.С. Пушкина. Просмотр прошёл в начале лета 1962 года.

Труппа именно планировала на гастроли, позже в отпуска, и окончательное решение вопроса отложили на осень. Но сидеть пара месяцев без заработной плата Броневой не имел возможности. Актер умолял: «Заберите меня с собой!

Мне ребенка кормить не на что! До тех пор пока вы даете пьесы, я по сёлам на гармошке поиграю… Вы еще и грамоты от обитателей села за мои концерты получите!» Просьбы были напрасны.

Леонид начал зарабатывать азартными играми. Летом на Тверском проспекте планировали доминошники. У них был собственный кодекс чести: в случае если человек побеждал, он не имел права подняться со скамьи и уйти — нужно было дать партнерам возможность отыграться. Но Броневой, победив, прекращал турнир. Его ругали окончательными словами, но артист говорил про жену, про дочку — и его прощали.

Выигрыш был не ахти какой — около рубля за несколько дней, но этого хватало на две буханки хлеба и пакет молока.

Наступила долгожданная осень, а с ней пришла успех. Броневой попытал счастья в Театре на Малой Бронной, был принят и со временем стал ведущим актером.

Во второй половине 80-ых годов двадцатого века — Броневому уже исполнилось 60! — Захаров пригласил его в «Ленком». Марк Анатольевич позвонил и сообщил: «В далеком прошлом желал позвать вас на роль Крутицкого в спектакль «На всякого мудреца достаточно простоты» по Островскому. Броневой пошутил: дескать, приглашают на роли короля Лира, Отелло либо Арбенина. А что за персонаж — Крутицкий!

Но приехал в «Ленком». Захаров изложил ему собственный видение роли, и Броневой сделал вывод, что все, включая Островского, неправильно осознавали этого храбреца. Крутицкий вовсе не маразматик, каким его игрались Станиславский, Плотников и многие другие актеры.

Марк Анатольевич все вывернул наизнанку: «Он идиот? Да он умнее всех! Он видит всех полностью! Не нужно фальшивых интонаций, не нужно пресмыкаться, держитесь достойно!» Позже на этом спектакле «Ленкома» всегда были аншлаги…

Броневой сейчас играется в «Ленкоме», в кино же снимается очень редко. Но метко. В то время, когда в прошедшем сезоне он сыграл в фильме «Простые вещи» старого актера, грезящего об эвтаназии, взял приз за лучшую роль второго замысла и на «Кинотавре», и на кинофестивале в Карловых Варах.

В Карловых Варах исключалась кроме того возможность намека на «совокупность заслуг»: в жюри не было ни одного человека из России, так что никто не вспоминал про«Семнадцать мгновений весны», «Покровские ворота» и«Формулу любви».

Броневой постоянно продумывал судьбу храбреца, для него имели значение любой жест, любая подробность. В то время, когда игрался в «Покровских воротах» артиста Мосэстрады Велюрова, придумывал куплеты вместе с режиссером Михаилом Козаковым, а позже сам подбирал мелодии — благо он замечательно играется на пианино. Падения Велюрова в сугроб на катке и на протяжении прогулки актер с режиссером также придумывали совместно. И вдобавок они сняли эпизод с падением в бассейн.

В нем Аркадий Варламович на соревновании пловчих доходил поздравить собственную «наяду», оступался и плюхался в воду, а Светлана (Татьяна Догилева) его выручала. Но данный эпизод Козаков при монтаже вырезал, посчитав шутку не хватает узкой.

Для портного в детективе «Шизофрения» (1997) актер сам написал текст. Вот лишь ответ на реплику Александра Збруева, игравшегося кагэбэшника, ему никак не получалось придумать. Тогда Броневой позвонил драматургу Григорию Горину: «Что мне ответить, в то время, когда Збруев сообщит, что от скромности я не погибну?» Тот мгновенно выдал: «С вашего позволения, я желал бы погибнуть от старости».

И все же Леонид Сергеевич практически не принимает предложений играться в кино. Он говорит, что по окончании захаровских фильмов ему не хочется опускаться до того, что снимают на данный момент — а также материальные мысли не перевешивают: он и его вторая супруга Виктория привыкли обходиться малым. Не плачь, это хорошая примета

С Викторией Леонид Сергеевич познакомился по окончании спектакля «Мятеж малоизвестных», еще на протяжении работы в Театре на Малой Бронной. Броневой игрался американского обозревателя, оказался на сцене то в джинсах, то в смокинге, пел, танцевал… Виктория, в ту пору скромная чертежница, заядлая театралка, заметила Броневого в этом спектакле и… начала бывать на Малой Бронной еще чаще — ожидала у служебного входа, провожала к себе… Сначала Броневой недоумевал: для чего это за ним так заботятся?

Какая потребность его получать? Вдовец с ребенком, живущий в коммуналке… Но Виктория не отступала. Худенькая, очаровательная, в сиреневом платьице… Не так долго осталось ждать он уже не воображал себе жизни без нее. Они поженились через пять лет по окончании знакомства. Это случилось в первоначальный съемочный сутки картины «Семнадцать мгновений весны».

Молодожены опоздали кроме того выпить шампанского — подошла машина и актера увезли на съемки. Новобрачная было расплакалась, но Броневой утешил: «Не плачь, это хорошая примета!» Елена Иванова

Семнадцать мгновений весны. Последний дубль


Записи каковые требуют Вашего внимания:

Подобранные по важим запросам, статьи по теме: