Ксения лаврова-глинка: выше, стройнее, элегантнее

Ксения Лаврова-Глинка: выше, стройнее, элегантнее

Актриса Ксения Лаврова-Глинка признает, что визажисты и модельеры смогут сделать хорошее лучшим, но верит лишь в собственные силы.

Выросли крылья

– Ксения, по-моему, вы принадлежите к той радостной категории дам, каковые с возрастом лишь молодеют… А в юные годы вы вычисляли себя привлекательной?

– Нет, на мой взор, я была гадким утенком, не смотря на то, что мальчикам нравилась. Мне думается, что красота – это, скорее, состояние души. Кстати, я рано повзрослела: все и постоянно делала на сто процентов.

– В чем еще проявлялась ваша взрослость?

– В первую очередь в ответственности за родных. Сейчас людей, за которых отвечаю, стало больше – семья, дети, – но сама я ко многому отношусь уже легче.

– Учитывая то, что вы из актерской семьи, чье было ответ поступать на актерский?

– Я вправду росла за кулисами, но родители на меня ни при каких обстоятельствах не давили. Так же я отношусь и к своим детям: ничего им не навязываю.

Ксения лаврова-глинка: выше, стройнее, элегантнее

– А играть на скрипке вас также никто не заставлял?

– Я обожала скрипку! У меня был потрясающий педагог – блондинка немыслимой красоты, ходила неизменно с актуальной укладкой, на шпильках, сама себя обшивала и была воплощением элегантности. Она стала для меня примером женственности, культуры, ума – я брала с нее пример.

К сожалению, ее уже нет… А владение инструментом позднее мне сильно помогло: я большое количество пою, играюсь на скрипке в театре.

– Значит, ваш вкус – это заслуга учительницы музыки. А как же мама?

– Мама была инженером и, как многие советские дамы, наряжалась весьма робко. Жили мы небогато, шить мама не умела, и никаких особенных запросов у нее также не было.

– Приехав поступать в Москву, вы думали о том, что необходимо еще и прекрасно смотреться?

– Нет. В начале 90-х никто не старался выделиться. Однако, появлявшись в Париже на первых гастролях Школы-студии МХАТа, я накупила себе кучу платьев.

Еще на протяжении учебы Олег Павлович Табаков забрал меня в «Табакерку», и первую заработную плат я израсходовала на безумно дорогие духи «Шанель Аллюр».

– Ваши папа и дедушка проходили службу в провинциальном театре, а это собственного рода подвижничество. Вы знали, что у столичных актеров совсем другая жизнь?

– Само собой разумеется! И все же самым ужасным было возвратиться к себе ни с чем. По­этому я весьма старалась.

– Вы желали обучаться как раз у Табакова?

– Да, и целенаправленно шла к этому. Первые туры я проходила и в других вузах, но позже прислушалась к собственной интуиции, прекратила нервничать и бросилась с головой в омут: прочла отрывок из «Идиота» – монолог Настасьи Филипповны. Было адски страшно! Я безумно зажалась, но в обморок все-таки не упала (смеется).

Кстати, Олега Павловича я опасаюсь до сих пор. Но это от осознания и уважения его величины.

– Но он бывал хоть время от времени вами доволен, поскольку Табаков редко хвалит?

– Само собой разумеется. Тот факт, что нескольких ребят с отечественного курса он пригласил в «Табакерку» еще студентами, говорит о многом.

– На сегодняшний сутки вы достаточно узнаваемая актриса. Либо вам хотелось бы большего? К примеру, чаще сниматься в кино?

– Само собой разумеется хотелось бы! Приятно, в то время, когда тебя определят и говорят хорошие слова. От похвалы у актера вырастают крылья. Нас по большому счету нельзя ругать, в крайнем случае возможно подсказывать, в какую сторону двигаться.

А что касается кино… У нас имеется поговорка: «Твоя роль от тебя не уйдет» (радуется).

На фестивале «Кинотавр-2015» с мужем Дмитрием Готсдинером

Трачу последнее!

– Ксения, на мероприятиях я постоянно вижу вас в прекрасных платьях…

– Актрисы довольно часто кокетничают: дескать, надоело наряжаться на сцене, пора побыть самой собой. А я желаю дарить людям праздник. Исходя из этого обожаю красиво наряжаться, носить украшения… Так как первое послание окружающим – это отечественный внешний вид.

Для меня основное в костюме – его уместность. А фактура, модель, стиль смогут быть какими угодно.

– Но цветовые пристрастия у вас имеется?

– Нет. Я обожаю броские вещи. А в то время, когда в моде был цвет хаки, мне он также нравился. Я стремлюсь быть различной.

– А какие конкретно украшения вы любите?

– В повседневной жизни ношу маленькие украшения, а для вечера выбираю более массивные. У меня большое количество бижутерии и ювелирных изделий, но на этом «Кинотавре», к примеру, я кроме того сережки к платью не надела, дабы не быть как елка.

– на данный момент в моде самая разнообразная обувь. Что носите вы?

– В случае если мне предстоит весь день носиться по Москве, выбираю эргономичную обувь на мелком каблучке. Но на выход в обязательном порядке надеваю ботинки на высоком каблуке, дабы казаться выше, стройнее, элегантнее.

– Вы всегда были довольны собственной фигурой?

– Мне думается, у любой дамы имеется претензии к собственной фигуре. Я всю жизнь ходила в спортзал. Занятия приносят итог, не смотря на то, что из года в год он дается все сложнее и сложнее.

Но запускать себя запрещено. У меня куча масок, все шкафы забиты кремами, по причине того, что телом и лицом актеры «трудятся» (смеется). Я не ленюсь – налеплю маску либо намажу что-нибудь зеленое на лицо и хожу так по дому.

И в обязательном порядке посещаю салон. Ничего важного пока не делаю, но питательные процедуры коже нужны.

– Но вы любите и вкусно покушать. Как это соотносится с заботой о фигуре?

 – Я вправду обожаю вкусную еду, но предпочитаю морепродукты и рыбу. Причем практически все это, кроме того гребешки, могу готовить сама. Морепродукты – легкая еда. Я могу дня три подряд питаться лишь ими. Единственное, что я до сих пор не распробовала, – это устрицы.

Практически заставляю себя их имеется.

Помимо этого, мне нравится необыкновенная кухня, к примеру тайская либо французские сыры с страшным запахом. Обожаю вяленую камбалу – все домашние сбегают, в то время, когда я ее ем. Обожаю жирную северную рыбу. Какое удовольствие приобрести на рынке в Риге копченую рыбу и имеется ее с рижским хлебом, да так, дабы по рукам стекал жир!

Прошлым летом я была на съемках в Латвии, и мы баловались палтусом и скумбрией – безумно вкусно! Как видите, я практически ни в чем себе не отказываю, но стараюсь не переедать, вот и целый секрет.

Сын дочь и Даня Глаша

– Вы рискуете надевать платья с глубоким декольте, громадным разрезом, открытой спиной?

– Само собой разумеется. В случае если я точно знаю в собственной фигуре, то из-за чего нет? Я не ношу лишь маленькие юбки, предпочитаю длину чуть ниже колена.

И дело не в красоте ног, а в ощущении себя – я же не юная девочка. Но в случае если потребуется для роли, то надену и мини-юбку.

– С вами случались какие-то казусы, которые связаны с театральным костюмом: что-то расстегнулось, лопнуло в самый неподходящий момент?

– Бывало. К примеру, в спектакле «№13» костюм мне постоянно застёгивали костюмеры. Они производят нас на сцену лишь в всецело готовых уборных.

Но в один раз я так торопилась, что опоздала проверить все, и бюстгальтер у меня расстегнулся прямо на сцене. Само собой разумеется, зрители ничего подметить опоздали, но было нужно просить партнеров застегнуть. А на «Дворянском гнезде» у меня расстегнулся кринолин и упал подъюбник.

Это было весьма смешно: с криком о помощи я помчалась за кулисы и опять вылетела на сцену.

– А бывало, что какую-то вещь вам хотелось приобрести до головокружения, но она была или весьма дорогой, или с собой не было денег?

– Я способна приобрести и на последние деньги! (Смеется.) Знаю за собой грех. Прижму себя в еде, но куплю. Мне нравятся вещи отечественных молодых русских дизайнеров, недорогие и необыкновенные.

А по большому счету, мне достаточно с порога окинуть взором магазин, чтобы выяснить, задержусь ли я в нем.

– Не редкость, что в магазине вещь весьма понравится, а позже она продолжительно висит в шкафу…

– Но через пара лет приходит время и для нее. Наткнешься на такую вещь, еще с ярлыком, и думаешь: отчего же раньше ее не носила? А просто время не пришло.

– Эвелина Хромченко рекомендует не брать вещь, если не знаешь, с чем ее носить…

– А я влюбляюсь в вещь, беру, а позже нахожу ей несколько. У меня огромная гардеробная помещение: в случае если вещь на мне уже не сидит либо на ней дырочка, я носить ее не буду, но и выбросить не могу – с каждой связан какой-то период судьбы.

– А как вы относитесь к натуральному меху – этому обязательному атрибуту достатка еще с советских времен?

– не забываю, как мама приобрела мне поразительно забавную шубу, весьма теплую и пушистую. На складе ей заявили, что это брюшки песцов. Я ходила по Москве – чуть ли не единственная с курса – в шубе. И девочки из Школы-студии, в то время, когда игрались состоятельных дам, брали ее напрокат (радуется). А по большому счету, я весьма обожаю мех и кожу. К тому же у нас в стране без меха тяжело: климат не таковой мягкий, как в Европе.

Натуральный мех теплее, прекраснее и элегантнее неестественного. Дамы должны носить меха. А о кожаной обуви и сказать нечего.

– В обыденной жизни вы обходитесь без макияжа?

– В будни у меня весьма несложный и естественный макияж – даю коже отдохнуть. Но макияж на выход я делаю шепетильно. Занимает все семь – десять мин., поскольку набита рука.

Причем могу делать это где угодно, кроме того стоя в пробке.

– Вы шофер со стажем?

– Да, вожу автомобиль с 19 лет. По окончании замужества у меня сходу показалась собственная машина. Я весьма обожаю дорогу.

Вот сравнительно не так давно ездила из Москвы в Ярославль и обратно в Москву, к тому же по окончании бессонной ночи на «Кинотавре».

С Константином Хабенским в спектакле «Трехгрошевая опера»

– Вас не изматывает таковой график?

– Я привыкла. И питаться нам иногда приходится как попало, и условия съемок бывают страшными… Это все атрибуты отечественной профессии – тяжёлой, но таковой красивой!

Разговаривала  Марина Зельцер

До тех пор пока все дома — В гостях у Ксении Лавровой-Глинки. Выпуск от 26.03.2017


Записи каковые требуют Вашего внимания:

Подобранные по важим запросам, статьи по теме: