Калягин предлагает жить дружно

Калягин предлагает жить дружно

Калягин предлагает жить дружно

Глава Альянса театральных деятелей уверен, что ему удалось сохранить очень многое из того хорошего, чем славилось Общероссийское театральное общество

На сцене театра «Et сetera» 20, 22 и 23 апреля пройдут премьерные показы спектакля «Шейлок» (совместная постановка театра и Российского национального театрального агентства Давида Смелянского). Заранее премьере был обещан успех, потому, что худрук театра Александр Александрович Калягин пригласил к сотрудничеству великую грузинскую тройку — пьесу Шекспира «Венецианский торговец» ставит Роберт Стуруа, сценограф спектакля — Георгий Алекси-Месхишвили, композитор — Гия Канчели.

Но интервью посвящено по большей части вторым заботам Калягина, что, как мы знаем, не только артист (в спектакле он сыграет заглавную роль), художественный руководитель и педагог театра, но и глава Альянса театральных деятелей. В силу событий это первое интервью Александра Калягина, данное обозревателю «НГ» Григорию Заславскому. «События» дали себя знать в начале встречи.

Не ждя вопроса, Александр Калягин расстегнул собственный «органайзер» и вынул оттуда сложенный листок, на котором была распечатана заметка из Интернет-версии «НГ» (в газете она не вышла). В ней, например, рассказывалось о слухах, в соответствии с которым Калягину словно бы бы в недалеком будущем будет передано в хозяйственное ведение строение на Новом Арбате, 11, где на данный момент размещается театр «Et cetera» (в просторечии данный дом, как и соседние по Новому Арбату, именуют «книжкой»).-Много хороших людей, зная, что мы с тобой в обычных уже отношениях, желают ну не то дабы… ну, как сказал Горбачев, — подбросить… Все, что я сделал для театра, произошло до моего председательского места.

Статус столичного театра, место на Арбате. Место это я завоевал через Владимира Ресина… Не завоевал, а просил, умолял, дабы не выгоняли, и т.д. Ресин дал репетировать в этом ужасном холодном помещении с обрисованными стенками с разводами зелеными, где над сценой висел герб Москвы. И больше ничего.

В том месте пребывала строительная организация и два-три раза проходили заседания ветеранов труда, им вручали в том месте награды. Ресин в ответ на мои мольбы разрешил войти нас в том направлении. Я осознал, что другого мне не предложат.

Нам так как предлагали и кинотеатр «Киев», но я все думал, что лучше подождать… Другими словами, все, что я взял, либо завоевал, либо доказал, — было до моих председательских дел.Делать невинное лицо и сказать, что председательское место не оказывает помощь, я не буду. Оказывает помощь. Но в чем?

В том, что не сходу отправляют, а каким-то завуалированным образом. На нас наблюдают, на всех — на меня ли, на Табакова ли, на Яшина — наблюдают все равно как на людей нищих. Ну, живописец, конечно, придет — что он будет делать? Просить.

Не говорить, а просить. Верно так как? Я одно время кроме того возмущался, из-за чего живописцы, в особенности начальники театров, начальники различных выставок тусуются.

Возможно, для них это по большому счету противоестественная форма существования, но они это вынуждены делать, по причине того, что может быть встретят в том месте того самого банкира, что будет хорош, окажет помощь, будет зацепочка…

— Как говорит один узнаваемый режиссер собственной жене: «Это — работа».- Да. Нас поставило в эту обстановку государство. И Ельцин заигрывал с нами, и Путин будет заигрывать.

Это всегда было, это не означает, что властью мы должны пренебрегать либо с нею не сказать. С властью нужно жить прекрасно, но не отдавать собственного куска и не делаться совсем уж рабом власти… Исходя из этого я желаю заявить, что, в то время, когда люди прочтут, что вот Калягин приобретает все строение, они так как поразмыслят: ах ты, сволочь… Так как у нас практически нет помещений, которых бы не видел зритель. Мы ни метра не можем сдать, исходя из этого у нас замдиректора негде сидеть, лишняя площадь нам нужна как воздушное пространство.

Не чтобы сдать ее, а хотя бы под мастерские, нам негде хранить декорации. Полностью негде. на данный момент Стуруа с Месхишвили придумали декорацию, мы не знаем, куда ее ставить, во что ее вонзать, куда девать декорации к вторым пьесам… Как поменять по большому счету пьесы, в случае если сейчас — один, а на следующий день — второй, как это принято в репертуарном простом театре. Либо — сейчас уже все и неизменно в бархате играться?.. Также немыслимо.

Исходя из этого реконструкция театра обязана случиться, но как ее пробить, как отыскать эти миллионы…- Вы так деятельно ввязались в политическую судьбу, поддерживали «Отечество»…- Я поддерживал «Отечество», сама организация мне не представлялась чем-то завершенным, в ней не было законченности — ну, как, скажем, в Компартии, где все ясно, кроме того и с ЛДПР все ясно, — как я рассуждал собственными примитивными мозгами о политике… С «Отечеством» было очевидным, что фаворит — Лужков, и все начальники столичных театров признательны Лужкову, это вправду так, эту модель театров и взаимоотношений мэрии многие забрали в регионы как пример. Это не означает, что в Москве не покушались на отечественные права, все время покушались, но Лужков нас все время защищал… Однако идет параллельное сокращение субсидий на постановки у всех, и без того потом.

Но безотносительно — я постоянно буду благодарен Лужкову за его отношение к театрам. Не обращая внимания на то что Альянс театральных деятелей России — публичная организация федерального уровня, и по документам, и по моему разумению (сейчас я глава, на следующий день — второй будет, у меня же с мозгами все нормально, и я не планирую к этому креслу прирастать, как гриб), недвижимость Альянса находится в основном в Москве.

Ее не разрешил разбазарить в свое время Ульянов, на данный момент я каким-то образом пробую защищать. Другое дело — с данной недвижимостью нужно трудиться, за счет этого мы какие-то социальные и творческие программы снабжаем деньгами — издания «Театр», «Театральная судьба»… Это все я говорю, дабы было ясно вам и всем, из-за чего Альянс театральных деятелей будет поддерживать главы горадминистрации, в этом случае Лужкова, что вправду осознаёт потребности театра.Театры все в нищете.

И у нас денег нет, никого не могу пригласить. А тут задают вопросы: из-за чего театр не растет и актеры не растут? Морфова пригласил — было нужно добывать деньги через спонсоров, умолять. Дабы пригласить Стуруа и всю его грузинскую команду, само собой разумеется, необходимы деньги.

В прошлом сентябре показался спонсор — «Банк Москвы». Я им безмерно благодарен. Мои юные актеры приобретали тысячу триста рублей, на данный момент стало возмможно им доплачивать.

Возможно сейчас ремонтировать декорации, что-то оплатить режиссерам, которых я приглашаю. Я могу это сделать за счет спонсорских средств. Все, что на данный момент делает Стуруа, — на деньги «Банка Москвы», что и будет зафиксировано в программке.- Имеется тема, о которой у нас писать не то дабы не принято, но ни при каких обстоятельствах, думается, и никто еще не рассматривал больших отечественных актеров, начальников театров в контексте их политической деятельности.

В это же время если бы отечественные рейтинги учитывали все факторы, то в перечне опытных лоббистов, мне думается, неминуемо показались бы кое-какие актеры. К примеру, Александр Калягин. Либо — Олег Табаков.

В силу той либо другой близости к власти и, скажем так, вхожести имевшие случай для продвижения тех либо иных проектов. В различные годы различные театры делали роль собственного рода закрытого клуба, где по окончании «случайной» встречи возможно было посидеть и обсудить какие-то серьёзные вопросы и без того потом. Вы ни при каких обстоятельствах не ощущали себя таким вот политическим лоббистом?- Дабы политически что-то лоббировать, я думаю, необходимо совсем иное чувство — возможно, денежного портфеля за спиной.

Дай мне всевышний пролоббировать какие-то отечественные небольшие вопросы. Времени заниматься еще и каким-то политическим лоббированием — не смотря на то, что этого в принципе нет — не остается. А чего мне лоббировать?

Я с мудростью и иронией — со своей, само собой разумеется, мне отпущенной мудростью — отношусь к власти. Как возможно что-либо в Российской Федерации политическое лоббировать, в то время, когда кажды е полгода мы кого-то выбираем и такая густая лапша под эти выборы развешивается, в особенности деятелями культуры, каковые и живут надеждой, живут ощущением, что что-то изменится? Но нет ничего, что изменяется.

Лоббировать что-то возможно лишь в данный весьма маленький отрезок, в то время, когда кому-то новому нужно избраться. — Неужто никто не приходил к вам с предложением, к примеру, оказать помощь с открытием двух новых месторождений чего-то (благо у нас большое количество всяких залежей), одно бы назвали в вашу честь Калягинским, а второе уж — по имени инвестора?

— Гриша, пока не было. Я бы с наслаждением принял такое заманчивое предложение, обеспечил бы семью до конца, ценные бумаги предприятия бы какого-нибудь купил. До тех пор пока никто не предлагал, не смотря на то, что мысль хорошая. — Как вы сейчас относитесь к «Золотой маске»?

Задаю вопросы, потому, что — нужно напомнить читателям — чуть ли не первое ваше председательское обещание было разобраться со злоупотреблениями в «Золотой маске», давали слово вы и собрать новый опытный совет экспертов. Прошло время, оказалось, что денежных злоупотреблений нет, а члены прошлого совета экспертов взяли на дом письма с вашими извинениями. Я это письмо также храню.

— Было, было. Я юный, неопытный пришел, сходу обрушилось это на меня, показалось, что тут — запах коррупции. на данный момент я реагирую на все спокойнее. «Золотая маска» живет по своим законам, год на год все равно не приходится, имеется живой сезон, имеется — мертвый либо безлюдный, но это не означает, что нужно все отменять… «Оскар» же не отменяют.

В том месте уже собственная сбитая организация, и я питаю зависть к честно энергетике Боякова: сбивать ежегодно афишу, не разрешить потухнуть этому делу, — это же и денежная, и творческая организация. Критик осуждает, но проходит год либо два и видишь, что премию дали по совести.

Неточностей с позиций вклада в мастерство театра — катастрофических — я не видел.- Но с дамами-то в прошедшем сезоне, в то время, когда совет экспертов премии отказался предложить хотя бы одну кандидатуру на «Лучшую женскую роль»?- Ну, это да, это специалисты «отмочили». Я выступал перед ними, сказал, что для того чтобы быть не имеет возможности, дабы во всей России не было ни одной хорошей женской роли!

Но они, как не редкость в таких случаях, пошли на принцип, закусили удила…- В то время, когда вы приходили в СТД, вы неоднократно повторяли, как принципиально важно будет для вас объединить театральное пространство. Сейчас театральное пространство остается порванным.

Возможно, это не от вас исходит, и я надеюсь, что не от вас, и пологаю, что это так, но для Альянса театральных деятелей — его управления — имеется собственные театры, имеется чужие…- К примеру?- Имеется узнаваемые режиссеры, начальники театров, каковые говорят, что они с СТД дел не имеют, что они ко мне не ходят. Взносы платят, и тем их «контакты» ограничиваются. Среди этих театров — «Современник», доронинский МХАТ, Небольшой театр… Как вы к этому относитесь?

— Как ты думаешь, я человек конфликтный? — Но рядом с вами, возможно, стоят конфликтные люди?- Гриша, я клянусь, и это не безлюдные слова, я готов подняться на колени перед художественным управлением Малого театра, доронинского МХАТа… Доронина вправду великая актриса.- Вам приходилось видеться с нею — уже по окончании того, как вы стали главой СТД? Мне думается, принципиально важно, дабы и она не ощущала какой-то озлобленности со стороны СТД…- Виделись в один раз.

На дискуссии закона о театре. Я услышал от нее, что СТД — организация ужасающая, нехорошая, что я в лучших традициях Ульянова действую. Я выслушал все, позже должен был уйти… Я готов с ней встретиться, возможно, частично руки не доходят… В то время, когда говорят так: СТД — ужасающая организация, мне тяжело уже говорить. Все-таки эта фраза, возможно, она и забавная, и идиотская — «Парни, позволяйте жить дружно!» — но какой-то всевышний меня в один раз надоумил и сообщил: ну, озвучь ты данный мультфильм.

Эта фраза моим голосом передала, возможно, существо мое, я неконфликтный человек, притом что я не выношу, дабы меня унижали, при всем различном, в принципе я не желаю ссориться. В то время, когда ко мне доброжелательны, мне думается, я становлюсь лучше а также гениальнее. Исходя из этого помни, что имеется и вторая сторона.

Небольшой театр — академия, прости меня, где работает моя супруга, — как я могу не хорошо относиться к этому театру? Как я по большому счету могу не хорошо относиться к какому-либо театру — пускай все цветы цветут.

Как я могу относиться не хорошо к «Современнику», к Галине Борисовне Волчек, день назад наблюдал «Три товарища», целовались, миловались, все чудно… Но у нее какое-то предубеждение, она говорит, пока в СТД имеется какие-то люди, Саша, я ногой не ступлю… Говорит она мне, что приходил к ней мальчишкой, и она меня — вместе с Ефремовым — принимала в театр. Какое бы я положение ни занимал, все равно она — мой преподаватель, я рос на ее спектаклях.

Как я могу к ней не хорошо относиться, как я могу к «Современнику» не хорошо относиться? Помни еще, что имеется частично предвзятое отношение, имеется частично шлейф каких-то взаимоотношений, наносов, слухов. В случае если сказать о Дорониной, то это скоре всего связано с разделом МХАТа, с какими-то письмами.

Не смотря на то, что, возможно, я не прав. Возможно, она уверен в том, что Калягин, заняв председательское кресло, совсем закрутит гайки по отношению к доронинскому МХАТу, — но это совсем уже досужие догадки… Мы же зависим от судьбы, Альянс зависит от судьбы, от общей денежной обстановки. Я вот попросил, дабы мне подготовили справку о том, что сделано за эти три года, а что не сделано.

Ожесточённые вещи! Быстро понизилась информированность СТД о происходящих на местах процессах, бюджет СТД не разрешал направлять на места критиков для дискуссии премьер и итогов сезона… Вот эта заболевание меня мучает. У нас нет денег на платы критикам, дабы они имели возможность ездить в провинциальные театры.

на данный момент мы, действительно, повысили затраты на так именуемую творческую работу: в 97-м году 289 тысяч выделяли, а в этом выделили 719 тысяч. Возобновляем лаборатории, семинары — в Екатеринбурге, Челябинске, Перми… Я не желал бы, дабы интервью оказалось сухим, я бы сказал, само собой разумеется, о втором. Но в случае если сказать о денежном положении Альянса, то недвижимость, которая на данный момент трудится и за счет которой мы живем, приносит из года в год меньше и меньше денег.

Мы создали экономический совет, нужно придумать, как трудиться с данной недвижимостью, что нового сделать. Выстроить ли что-нибудь в Братцеве, что-то сделать в Доме ветеранов сцены…- Правда ли, что совсем отменены скидки в дома творчества для участников СТД?- Нет, само собой разумеется. На 2000 год лишь в Ялту будут путевки по себестоимости.

В прошедшем сезоне не было скидок в Мисхоре, а в этом мы их вернули. Руза трудится, во все подмосковные дома творчества — путевки со скидками. Нужно думать, что делать дальше. Покинуть десять средних либо, условно говоря, три «четырехзвездочных», два «двухзвездочных», а с остальными расстаться, либо ничего не делать, покинуть все в таком же нехорошем состоянии, как имеется: телевизора нет, паркет вываливается… Но это будет секретариат решать.

В Рузу, к примеру, люди мало ездят, а нам все равно приходится платить за аренду, за кочегарку, за пятое-десятое.- Но в принципе вам удалось сохранить льготы, каковые были для участников СТД, либо объективные условия заставляют с чем-то расстаться?- В то время, когда я пришел в СТД, сел в это кресло, в первую очередь мне было нужно принять самое непопулярное ответ — все его принимали, но я был важным для него: мы сняли льготы по путевкам, по причине того, что положение было катастрофическое. Но на будущий год давали слово все вернуть.

И вернули. Люди, юные особенно, довольно часто задают вопрос — для чего нам Альянс театральных деятелей? Молодому, возможно, и не нужен. А взрослому человеку принципиально важно, что СТД дает скидки, льготы. Во-вторых, что важно особенно для москвичей, — это поликлиника. Уровень аппаратуры — высочайший, что-то, действительно, платное стало, за что-то мы категорически боремся, дабы осталось бесплатным.

Поликлиника держится на красивом уровне…- Вы, возможно, не ходите в эту поликлинику…- Хожу.

— Сейчас не покидает чувство, что участников СТД в поликлинике ссылают в некую резервацию, где для них покинут какой-то маленький перечень бесплатных одолжений, а рядом вправду — все разрастается ввысь и вширь, и оборудование все более новое, но — не для участников СТД… — Наступают на права.- Не при вас строилась поликлиника, не при вас заключался контракт, но так как строилась поликлиника СТД, а в то время, когда выстроили, стало известно, что участникам СТД в ней достался мелкий закуточек… Я весьма желал поболтать об этом с господином Ройтбергом, что возглавляет АО «Медицина», он отказался.- на данный момент мы планируем подписывать новый соглашение. Оборудование в поликлинике — лучшее, швейцарское, германское.

8 тысяч участников СТД должны в том месте лечиться, по каждому вопросу мы снова решаем, идет борьба за любой пункт. Но неотложная помощь имеется, за исключением воскресенья и субботы. В выходные — платная, но лечим мы безвозмездно. В случае если человек ложится в стационар, он лечится безвозмездно. Мы вернули прибавку к пенсии.

Члены СТД старше 77 лет приобретают 264 рубля каждый месяц, участники боевых действий — 300, и возрастную планку мы все время снижаем.

— Вы думаете, что осуществляете контроль денежное положение СТД?- Я обязан его осуществлять контроль. И все знать… Ни при каких обстоятельствах не скажи «ни при каких обстоятельствах» — я не забываю об этом. В случае если я что-то подписываю, то по крайней мере знаю, о чем обращение. Честно говоря, я опасаюсь таких вопросов. Как в театре — я уверен, а в том месте — как оно повернется…- Я не обещаю выложить на данный момент что-то быстро опровергающее ваши слова. Но вот, к примеру. Пара лет назад часть помещений библиотеки СТД была передана банку «Столичный».

Библиотеку потеснили. Но банка этого в далеком прошлом уж нет, а также вкладчики успели утереть слезы, а помещение библиотеке вернули?- Я не в курсе. на данный момент я позову Захарова (первый помощник главы СТД РФ. — Г.З.). Мне самому весьма интересно.В.

ЗАХАРОВ: на данный момент в том месте сидят страховое агентство и турфирма «Спасские ворота», банк распался в начале прошлого года, и полгода Театральный фонд не имел возможности отыскать нового арендатора. — А вот ночной клуб «Сириус», ресторан «Шекспир» — имеется ли хоть какая-то польза от этих квартиросъемщиков? И нет ли опасности, что со временем они, как та лиса из русской сказки, выселят из этого дома и сам Альянс театральных деятелей?

В.З.: Нет, им же сдали помещения в аренду, имеется соглашения, сдано все по закону. Все строения даны СТД в безвозмездную аренду на 99 лет страной, СТД должен жить, исходя из этого как-то приспосабливаемся… Мы тут желали сделать выставочный зал, медицинские корпуса, но по окончании 6 часов тут — мертвая территория, и «Сириус» данный также никому не нужен.

Я не желаю заявить, что все идеально с «Шекспиром», но они платят аренду.- Говорят, что в том месте закрытый гей-клуб… В.З.: Нет, про гей-клуб говорят именно о «Сириусе».- В том месте же помой-му стриптиз именно? В.З. Да ничего в том месте этого нет уже, они поменяли все, к ним весьма не хорошо ходит народ, к сожалению. И нам от этого также не хорошо.

Тут же в 6 часов все вымирает. А ресторанов большое количество.- А строительство культурного центра СТД тут, во дворе на Страстном, как-то движется?- До тех пор пока нет. Нас очень сильно подкосило 17 августа. Практически нулевой цикл сделан, все коммуникации подведены. на данный момент будет именно заседание по культурному центру. Неприятность одна: нужно отыскать инвестора, что будет прекрасно платить.

Инвестор может подключиться за счет собственной доли, которую он возьмёт в готовом строении. Что-то на данный момент помой-му наклевывается. И правительство Москвы желает нам оказать помощь, по причине того, что стройка стоит в самом центре уже много лет, место хорошее и для нас оно было бы комфортно. Мы так как и зал планировали сделать, Олег Шейнцис придумал для зала превосходное оформление… Но средств нет.

Были, но ломалась страна, денежная совокупность рушилась, вся «пирамида» отечественная разрушалась.- Имеется пара преданий либо не преданий — мне именно хочется внести в эти вопросы ясность. Касаются эти легенды денежных взаимоотношений СТД с тремя различными организациями — с галереей «Актер» на Тверской…- Галерея «Актер»?- Бывший Дом актера. Словно бы бы существует некое ЗАО, в которое вошла вся вершина бывшего СТД, среди них и сам Михаил Александрович Ульянов.

Что касается Центра имени Мейерхольда, то, согласитесь, все же необычно, что бедный либо кроме того бедный Альянс, которому не достаточно средств на лишнюю командировку критика в дальний регион, имеет для того чтобы вот богатого «подчиненного» в собственном штате. И имеется ли какие-либо отношения между СТД и Домом актера?- В Галерее «Актер» — в том месте, клянусь, ничего у нас нет. Полностью.

Это — слухи. Я по большому счету первый раз слышу об этом.В.З.: Я говорил с Ульяновым: это — вранье, нелепость полная. Я задал вопрос его в один раз по-товарищески, он говорит: «Да ты что, ничего, ни при каких обстоятельствах».- А я ни при каких обстоятельствах об этом не слышал.- Я согласен. Деньги так как в большинстве случаев как-то проявляются, видны на человеке, в случае если так возможно сообщить.

Глядя на Ульянова, ни при каких обстоятельствах не сообщишь, что он — какой-то большой акционер…- На мне вот видны, раз я езжу на казенном «Ниссане»… Обожаю хорошие автомобили, но возможностей нет… Хорошо, не будем прибедняться. Дальше. СТД есть соучредителем Дома актера. Маргарита Александровна Эскина, показав талант и недюжинные способности, сумела сохранить данный дом, кроме того в то время, когда его желало забрать Министерство культуры… Она сумела создать независимую от СТД организацию.

Это — действительно, мы никакого яркого влияния на Дом актера не имеем. Исходя из этого и желаем иметь тут собственный Культурный центр. Но Дом актера, в то время, когда мы были в одном строении, был чем-то также вторым. Эскину осознать возможно и лишь приветствовать ее упрочнения и победу: она сохранила Дом актера, кабинеты существуют, семинары проводит, Дебют-центр имеется, актеров чествуют, вывозят, среди них и молодых, она оказывает помощь пенсионерам, больным… За счет чего? За счет содержания Дома актера.

Деньги Альянсу она не дает, но и не требует ничего у нас.Но мы в обычных отношениях с Маргаритой Александровной, она — секретарь Альянса. Совместно мы что-то делаем. По большому счету делаем одно дело. Она старикам оказывает помощь, устраивает обеды. За счет чего? Время от времени, я сообщу тебе, крайне важно не редкость мочь не влезать в какие-то дела.

Любопытство, само собой разумеется, всех раздирает… Особенно если ты глава, и вот: я — глава, так продемонстрируй мне, что в том месте у тебя в кармане… Нет, не нужно.Центр имени Мейерхольда. Также мы являемся соучредителями — идеологически опять-таки. Потому, что юридически они полностью независимы, это совсем уже вторая структура.

Денежно. Она сейчас может нас именовать, на следующий день — не именовать, все также от многого зависит. Но к нам они уже не имеют никакого отношения.

Помимо этого, что мы их когда-то создали. В том месте уже совсем по-второму распределились голоса, мы в том месте имеем, условно говоря, один голос, остальные — у них, все решения исходя из этого принимаются ими. Мы им сдали отечественную собственность, за которую они платят аренду. Они нам оказывают помощь в этом отношении, потому, что отыскать арендатора на данный момент не так-то легко.

Выстроят они собственный строение, уйдут, нужно будет искать кого-то другого. Фокина ругают за то, что он сооружает собственный центр. Не имеет значение, Фокин это либо кто-то второй: что нехорошего в том, что в Москве появляется еще одно театральное строение?!

на данный момент во главе — Фокин, будет Иванов, но строение театральное сохранится, с превосходной театральной площадкой, где раздвигается потолок, сдвигается сцена… У нас было заседание, мы говорили о том, что в Москве нет ни одного современного театрального строения. Трагедия! Ты же большое количество ездишь, видел, какие конкретно в мире театры.

И я также видел. Превосходные — по свету, по машинерии, по всему… В то время, когда мы во МХАТе наблюдали, как в том месте будут подниматься квадраты сцены, мы не могли представить, что возможно что-то еще более современное. На Западе это тогда уже был прошедший век. Выстроили театр Колобову, но сама сцена, как мне думается, не современная.

И приходится все время пробивать, просить: дайте нам свет, дайте звукоаппаратуру… В случае если покажется в Москве Мейерхольдовский центр с раздвижной-задвижной площадкой — дай Всевышний! Я постоянно говорю: желаете вычислять деньги — идите в соответствующие органы, на каждого имеется собственный КРУ. Я не буду этим заниматься. Важен ты перед детьми либо перед Починком — это твое личное дело.- Не хорошо, что в начале этого дела — смерть «Творческих мастерских».

Другое все, возможно, лучше.- Я желаю их возобновить. Это нужно сделать. Это у меня записано.