Интервью на радио «эхо москвы»

Интервью на радио эхо москвы

Интервью на радио Эхо Москвы

15 октября 1999 года В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» председатель совета директоров компании «Игра», ведущий программы «Что? Где? В то время, когда?» Владимир Ворошилов. Эфир ведут Сергей Бунтман и Николай Александров. СЕРГЕЙ БУНТМАН — В другие, более спокойные времена (и без неприятных событий для Владимира Ворошилова), нам весьма тяжело было встретиться, а отечественные слушатели весьма желали с Вами встретиться, и задавали довольно много вопросов о Вашей передаче и Ваших планах. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Благодарю.

СЕРГЕЙ БУНТМАН — Сейчас, именно с крушением замыслов, мы видимся с Владимиром Ворошиловым, известнейшим ведущим программы «Что? Где? В то время, когда?», председателем совета директоров компании «Игра». Что ж, объясните нам эти события. Сперва поведайте нам о них, а позже мы попытаемся их растолковать.

С чем связан отказ ОРТ от Вашей программы? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — В действительности, с чем он связан я вправду не знаю. Фактическая сторона дела такова, что я два месяца ежедневно звонил, пробуя поболтать с кем-то из управления ОРТ.

Звонил из Москвы и из вторых мест, где лечился, но секретари-референты никак не могли меня соединить: то руководства нет, то оно в командировке, то за рубежом, то вышло, то еще не пришло, то оно на совещании, «мы Вам отзвоним, когда освободятся, ожидайте, никуда не уходите». Я ожидаю. И без того длилось два месяца. И лишь позавчера, 13-го числа, наконец-то удалось добиться личной встречи у председателя совета директоров, у Эрнста, что мне сообщил: «Ворошилов, где Вы были?

Вас не было, и исходя из этого нам ничего не оставалось, как Ваше время в эфире вторыми программами. К сожалению, договора уже подписаны, мы ничего не можем сделать, не считая как выразить соболезнование. Ваше место занято», как бы «до будущих времен».

Я в первый раз на собственной шкуре выяснил, что такое современный термин «кинуть». Так, как меня кинули 13-го числа, в принципе меня не кидали кроме того в коммунистическое время. Я осознаю, если бы меня вызвало руководство и сообщило: «Ворошилов, у Вас весьма авторитетное место в эфире.

Весьма хорошее результат, хороший сутки, в субботу вечером. на данный момент такая политическая обстановка, что нам это место необходимо для политической программы. Простите, но так получается, что Вам нужно подождать».

Это было бы не очень приятно, возможно, я бы был не согласен, но я бы осознал. Но обвести меня, достаточно немолодого человека, как мальчика, около пальца, сперва не выходить на сообщение, а позже сообщить: «А где Вы были?» СЕРГЕЙ БУНТМАН — Давайте отойдем немножечко назад во времени. Как складывались сейчас взаимоотношения с ОРТ, какие конкретно были у Вас замыслы для развития программы, чтобы она опять выходила? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Я не могу пожаловаться.

Раньше, до политического, до выборного времени отношения были хорошие. Программа «Что? Где? В то время, когда?» пребывала в корректных отношениях с управлением ОРТ. Так что все было нормально. Более того, где-то 2,5 месяца назад я виделся с управлением, мне была дана какая-то координация, какие-то задачи, какие-то мысли были высказаны, и я над ними трудился. СЕРГЕЙ БУНТМАН — По трансформации времени? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Нет, творческие мысли.

Я над ними трудился. НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Другими словами для Вас была совсем неожиданной такая перемена? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Само собой разумеется. Исходя из этого я и звонил: я желал отчитаться, заявить, что я придумал. В первый раз дали задание, но узнать ответ уже не было смысла.

СЕРГЕЙ БУНТМАН — Другими словами у Вас были какие-то определенные сроки, в то время, когда программа должна была опять выйти на радиосвязь? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Конечно. Не первый год, 24 года я на первом канале, пережил многих правителей и многих обладателей. Все выяснено. Я уж не говорю про официальную часть, про соглашение. В том месте выяснено все: даты выхода, время, хронометраж. Исходя из этого не было никаких мыслей о том, что внезапно меня не станет («меня» — это программы). Я легко ошеломлен.

НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — А вдруг сказать о формальной части, Вы должны были подписывать новый договор на текущий год? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Нет. У нас существующий контракт заканчивается 29 марта 2000 года.

Причем в том месте обрисовано, что в случае если лицензия ОРТ будет продлена страной, то он машинально продлевается еще на 3 года вперед СЕРГЕЙ БУНТМАН — Другими словами тут ничего — ни форс-мажора, нет никакого нарушения сторон, по крайней мере, с Вашей стороны никакого нарушения договора? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Я не вижу. СЕРГЕЙ БУНТМАН — Сейчас мы связывались с представителями ОРТ, и они заявили, что это временная приостановка, речь заходит лишь о каких-то разработках, «до тех пор пока мы думаем».

Я пересказываю близко к тексту, но сущность в том, что это приостановка, а не остановка программы. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Мне не легко об этом сказать. Возможно, они и передумают.

Но программа не имеет возможности выдержать для того чтобы отношения. Я уже сообщил и повторяюсь: отзвонил всем секретарям, отблагодарил их за то, что два месяца я им надоедал и они пробовали меня соединить, и дал обещание, что больше я звонить никому из управления ОРТ не буду. Так оно и будет. НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Другими словами это указывает, что программа не будет выходить в эфир?

ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Как мне сообщено меня в сетке нет, — значит, не будет. СЕРГЕЙ БУНТМАН — Другими словами если не будет каких-то действий со стороны управления ОРТ, каких-то шагов в Вашу сторону, каковые Вы бы приняли, скажем, шагов к выяснению обстановки, к примирению… ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Я не вижу момента примирения.

Еще раз повторяю: у меня имеется собственные мысли, из-за чего меня кинули. Но это лишь мысли. Внешнюю фабулу я вам поведал, как это было. СЕРГЕЙ БУНТМАН — Я предлагаю тем, кто желает задать вопросы, позвонить 230-41-41, клиент «Эхо Москвы». Это отечественный пейджер. Мы будем принимать, передавать Владимиру Ворошилову Ваши вопросы.

Все-таки какие-то предположения у Вас имеется. Я не пологаю, что они относятся к области научной либо антинаучной фантастики. Вы имеете возможность поделиться собственными мыслями по подоплеке этого дела? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Подоплека этого дела?

Еще раз повторяю, что это мои мысли. Легко глядя на экраны телевизоров на данный момент и видя, что в том месте творится, у меня появилась такая идея. Каждый ведущий, более-менее узнаваемый, на данный момент, в предвыборное время, даже если он чихнет в эфире, обязан тут же растолковать, против кого он чихнул, на кого он чихнул и за кого он чихнул. СЕРГЕЙ БУНТМАН — «Не в мой ли адрес Вы грызете ноготь»? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Да.

Я пологаю, что, возможно, они сочли, что я все равно не буду способен на такое поведение в эфире, а эфир прямой. Возможно, это есть обстоятельством. А по большому счету обязан вам согласиться: лично мне осточертела политики и политика. Так на меня давят со всех сторон, что осточертели и крайне левые, и крайне правые. И левый центр, и правый центр, и центральный центр, если он существует. И по большому счету вся эта футбольно-политическая команда осточертела.

Возможно, так проницательно управление, что оно как бы прочувствовало?.. НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Но как именно возможно включена политика в игру «Что? Где?

В то время, когда?» ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Возможно. Я творческий человек, и в случае если попытаться, то возможно. НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Но тогда необходимо давать отдельное задание СЕРГЕЙ БУНТМАН — Задать определенный вопрос, необходимый каналу: «Кто тот мерзавец, что» Вы понимаете, у нас довольно много тут идет вопросов, мы по окончании кратких новостей ими займемся. До тех пор пока я бы желал привести некоторый контрдовод.

на данный момент, не считая множества политических программ, любой канал владеет собственной аналитической программой, с замечательным ведущим, что проводит некую линию либо делится собственными мыслями. Но однако прайм-тайм перед информационными программами практически на всех каналах на данный момент заполнен полностью не политическими сериалами собственного либо чужого производства. Новыми, в далеком прошлом забытыми ветхими.

Именно борьба идет чтобы позже зритель перешел, скажем, на аналитическую политизированную программу, дабы он был привлечен. Тут бы, возможно, Ваша передача, завлекающая к себе, имела возможность сыграть собственную роль и без политизации ведущего. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Жаль, что Вы не руководите каналом.

СЕРГЕЙ БУНТМАН — Благодарю, не нужно. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — В действительности Вы вправду правы. Чтобы получить громадную аудиторию, нужна передышка, не считая политики необходимо что-то еще. Увидьте еще время: так как много лет подряд мы выходили декабрь и конец ноября.

И у нас 18 декабря, в субботу, должна была быть программа «Что? Где? В то время, когда?», а социологи говорят, что 60% населения решает, за кого им голосовать, в последние дни. СЕРГЕЙ БУНТМАН — Но в том месте же агитировать запрещено уже. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Агитировать запрещено. Но мало ли что, прямой эфир СЕРГЕЙ БУНТМАН — Каким-нибудь умным методом гениальный Ворошилов сделал бы это.

НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Хитро. Но иначе, Сережа, ты говоришь о том, что существует программа для отдыха, но звучат голоса еще о некоем кризисе ток-шоу либо программ, каковые выстроены на для того чтобы рода жанре. Что Вы думаете по этому поводу? Так как сериал время от времени легче разрешить войти, нежели организовать на телевидении затратное шоу. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Да, это правда. Вправду легче, мобильнее и дешевле разрешить войти сериал. Возможно, и данный фактор.

Вы затронули материальную сторону дела. По-моему, прошедшей зимний период для канала мы делали совсем безвозмездно серию. Но как это было? Позвало меня управление вечером, сообщило: «Ворошилов, был кризис, у канала нет ни одной копейки. Но мы весьма желаем, дабы вы выходили. Мы вас весьма просим». Мы поразмыслили и вышли за счет спонсоров.

Это человеческий разговор, без той манипуляции. То они не желают сказать, то «а где Вы были?». Простите, я все время возвращаюсь к данной теме. В действительности это бесит. НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Да, речь заходит уже, само собой разумеется, о втором — о взаимоотношениях между людьми. СЕРГЕЙ БУНТМАН — Да.

Мы именно об этом и говорили. Мы ответим на ваши вопросы, которых довольно много, кое-какие повторяются. Я воспользуюсь новостями, дабы их обобщить.

Самый последний маленький вопрос. Мы говорим о затратности на данный момент. Ваша программа (возможно, это коммерческая тайна) удачна для ОРТ была? И по большому счету для канала, на котором такая программа? Рекламоемкая, либо это чисто затратная передача? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Я не могу ответить квалифицированно на данный вопрос.

Но в среднем где-то 10-12 мин. рекламы от ОРТ нам давали конкретно по окончании заставки, в начале и в конце. Мы это давали, отрабатывали, это имеется. Получали ли на «Что?

Где? В то время, когда?» либо нет, я не знаю. Не пологаю, что не получали.

СЕРГЕЙ БУНТМАН — По крайней мере, рекламы было большое количество, которую ставили в Вашу программу? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Рекламы было большое количество, значительно больше, чем нам бы хотелось. — СЕРГЕЙ БУНТМАН — Мы продолжаем отечественную беседу, довольно много вопросов на пейджер, каковые я вам предлагаю все еще задавать.

Главная несколько вопросов — это «Не планируете ли Вы перейти на другой канал, не было ли предложений от вторых каналов?» Причем Примечательно, что тут вопросы не только из Москвы, а из тех мест, не считая столицы, где слушают «Эхо Москвы»: из Оренбурга, из Тулы, с Урала имеется вопросы. Итак, другие каналы. Нет ли предложений, нет ли мыслей? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Открыто говоря, я легко еще не очухался. 13-го числа меня ударили обухом по голове, и я еще не знаю. Само собой разумеется, я желаю трудиться.

В принципе большинство работы, самая трудоемкая, уже сделана — это вопросы. Вопросы имеется и команда ожидает. НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — А в то время, когда Вы, кстати, должны были выйти на радиосвязь, рассчитывали? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Все это имеется. И в ОРТ, и в контракте. Это финиш ноября, две субботы ноября и целый декабрь.

Любая суббота, 6 суббот подряд. Так мы выходили много лет. Так что не знаю. Возможно, какой-нибудь канал, прослушав вашу программу, мне на следующий день позвонит. СЕРГЕЙ БУНТМАН — Андрей, Вы зануда громадной. Это программа «5х5», в которой в связи с трансформацией сетки, с чрезвычайным событием, принудительным уходом из эфира игры «Что?

Где? В то время, когда?», данной превосходной программы, тема так и сложилась. Вы рассказываете, что программа «5х5» должна иметь собственную тему, как каждая программа. Вот Вам и тема — это актуальное событие.

Хорошо, от зануды мы отделались. Два человека задают концептуальные вопросы. «ОРТ сильно на данный момент поменяло темперамент», — вычисляют два отечественных слушателя. Один говорит, что «азарт, свойственный Вашей передаче, уже не вяжется с тенденциями на ОРТ».

Второй слушатель уверен в том, что «ОРТ на данный момент рассчитывает в собственных передачах на пара второй интеллектуальный уровень, ниже», другими словами Ваша программа несовместима. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Легче всего, в то время, когда тебя выгнали с работы, обливать грязью тот канал, что тебя выгнал с работы. Я не желаю этого делать.

Я заявил, что того, что творится в эфире, я не осознаю, не приемлю. Но сказать на эту тему неприятно. СЕРГЕЙ БУНТМАН — В случае если на данный момент поболтать по большому счету, Вы заявили, что политика: левые, правые, центральные и полусредние, Вас на данный момент совсем не устраивают как человека, Вы от них устали. Сообщите прошу вас, как Вам по большому счету представляется телевизионная программа?

По причине того, что Ваша игра была если не первой, то одной из первых таких замечательных игр на телевидении. Я обязан сообщить открыто, что многие игры на «Эхо Москвы» произросли из «Что? Где? В то время, когда?», и мы этого не скрываем.

Произросли из самого принципа, самой возможности играться с умными людьми. Я имею в виду зрителей и слушателей. Сообщите прошу вас, как на данный момент Вы оцениваете уровень того, что происходит? Я не желаю, дабы приняли за какое-то отечественное неспециализированное брюзжание по поводу коробки. НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Может, хороший уровень, иначе.

СЕРГЕЙ БУНТМАН — Как Вам думается, в случае если строго проанализировать? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Тут я сообщу одну вещь, которая касается не только отечественных игр, игр на отечественных каналах, но к сожалению и западных игр также. В принципе это все игры на знание, на эрудицию. Эрудитские, как говорится, игры. Они смогут быть хуже, смогут быть лучше.

Но игр, в которых побеждает человек, что думает, другими словами интеллект побеждает, а не знание, я не видел. Возможно, их и не нужно. Но игра «Что? Где?

В то время, когда?» — такая, исходя из этого мне тяжело оценивать. С позиций дизайна, света, распределения замыслов, тонов, съемки НТВ выше, чем Мне удалось взглянуть кусочек новой игры «Счастливчик». НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Да, дибровская игра, сегодняшняя премьера. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Это что-то по картине, по мощи студии и зрительного ряда.

Но снова вопросы, как я именую, «Что ела на ланч императрица Елизавета?». И дается (я, само собой разумеется, утрирую) «яичница», «бутерброд с икрой», «борщ» либо «сок». И вот, они выбирают один из этих ответов.

Другими словами содержательно это совсем второе поле игры. В том месте побеждают лобастые, другими словами те, кто больше знает. Не смотря на то, что в жизни я лично ценю человека, что может решить, неожиданное и парадоксальное, исходя из обычных знаний простого человека, а не энциклопедиста.

СЕРГЕЙ БУНТМАН — В принципе какая-то внутренняя энциклопедия у каждого человека существует. Сочетание знаний оказывает помощь принять неожиданное ответ. Неизменно завлекало то, что возможно додуматься, придумать. Это принципиальная вещь. Таких игр я не видел на вторых телевизионных державах. НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — А для Вас существовала эта неприятность зрелищной привлекательности? Так как Вы ориентируетесь не только на тех, кто играется, но и на тех, кто наблюдает на игру.

Что, с Вашей точки зрения, было главным для зрителя, что наблюдает на это, как на зрелище? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Тогда я сообщу уже про собственные неприятности. Хоть на данный момент не легко об этом сказать, я на данный момент не имею программы, программа не имеет меня, и в то время, когда будет «Что? Где? В то время, когда?», неизвестно.

Но неприятности имеется в. В случае если отвлечься от того, что меня выгнали с работы, то неприятность имеется. Мы знаем, сколько беженцев и какой уровень нищеты в стране. Эти пачки денег, каковые кидаются на стол — нереально больше. Меня лично это коробит, как по стеклу ножом.

С этим нужно что-то делать. НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — А что? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Пока не знаю, но имеется какие-то варианты. Еще имеется неприятности. Принципиально, как Вы рассказываете, — деньги. Мы раньше, в то время, когда начинались деньги в стране, грезили и трудились в направлении, что деньги зарабатываются честным, в этом случае умственным трудом. Это было как бы отечественное кредо. Это место, где любой имел возможность получить деньги своим собственным умом.

Но нам не удалось переместить камень. на данный момент, в то время, когда видишь деньги, сходу появляется идея, «где их похитили» либо «кто их похитил», кто кого одурачил для того, чтобы получить эти деньги. Деньги скомпрометировали собственную роль.

Исходя из этого над этим также нужно думать. СЕРГЕЙ БУНТМАН — Екатерина говорит: «Не думается ли Вам, что с того времени, как игра перешла на коммерческую базу, она в некоей степени потеряла собственный интеллектуальный шарм?» Шарм у нее был потрясающий, в то время, когда были чудные книги. Возможно, это какая-то детско-романтическая эра была. НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Цель творчества — самоотдача, да? СЕРГЕЙ БУНТМАН — Нет, я бы за такие книжки (простите) удавил бы кого угодно.

ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Это в то время. В то время это было выше денег, по причине того, что за деньги не было возможности приобрести такие книги. А на данный момент — посмотрите, теряешься легко, книг полно. Имеется неприятности еще с внешним видом: смокинги, бабочки.

Никто же не знает, что за 10 мин. до начала прямого эфира (у нас имеется вагончик) они все переодеваются. Да, это легко отечественный гардероб, это как театр, мы их переодеваем. Это такая сказка, театр. В действительности они бедные люди, к сожалению, по причине того, что люди, каковые смогут думать, не пользуются спросом обществом на данный момент. И не только отечественные знатоки, а и многие другие, каковые живут в этом государстве.

СЕРГЕЙ БУНТМАН — У нас с Колей и у слушателей имеется еще много вопросов. По окончании перерыва мы продолжим отечественный разговор. — СЕРГЕЙ БУНТМАН — Из Красноярска вопрос пришел по Интернету (вот, прошу вас, новые времена). «Планируете ли Вы поменять темперамент Вашей программы?» О вероятных трансформациях (в полной мере виртуальных) программы Вы лишь говорили. «Неизменно ли передача шла в прямом эфире либо она записывалась?» ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Первые 10 лет мы были в записи.

По одной несложной причине: в то время просто не могла быть передача в прямом эфире, кроме того такая безобидная. НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Легко студии не было подходящей? ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Коля-Коля Смешно на данный момент. Я кроме того не знаю, смеяться либо плакать.

Не доверяли, по причине того, что прямой эфир, ясно. А позже, в то время, когда заметили, что это не политическая программа, с того времени все время в прямом эфире. У меня целая теория прямого эфира. Мне по большому счету думается, что прямой эфир — это телевидение. Все другое — это что-то второе. СЕРГЕЙ БУНТМАН — Кино. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Скажем, кино.

СЕРГЕЙ БУНТМАН — В прямом эфире кино нереально. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Да, и у меня узкая профессия — прямой эфир. на данный момент мы в прямом эфире, я ощущаю себя в собственной тарелке. Тем более, что меня не видно. Это мое амплуа. СЕРГЕЙ БУНТМАН — Тут довольно много вопросов о том, из-за чего летом не было программы.

Было с два десятка вопросов, из-за чего летом не было программы. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Прекрасно, что увидели, что летом не было серии «Что? Где? В то время, когда?». Были также какие-то неувязки с каналом, какие-то несоответствия, «не то время»… Но мне казалось, что это эпизод, что за этим ничего нет. И вот мы вместе с каналом решили летом не выходить, но уж зимний период «мы грохнем». Вот мы и «грохнули» зимний период НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Как велика сегодняшняя команда «Что? Где?

В то время, когда?» Я так осознаю, что это целая структура, которая разрасталась с каждым годом. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Да, это также неприятность, кстати. Разговор у нас проблемный получается. Это уже специалисты. НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Игроки. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Игроки. Я также, я сохраняю надежду.

В принципе по стране тысячи клубов. В одной Одессе (Одесса — необыкновенный город) 350 клубов «Что? Где? В то время, когда?», а в каждом клубе большое количество людей.

Что касается эфира, то здесь появляются ножницы. Игрокам, каковые выросли в «Что? Где? В то время, когда?» и щелкают вопросы как орешки, (я имею в виду лучших игроков, самые профессиональных), необходимы весьма острые, непростые вопросы для размышления. Они отрываются от публики.

А публика желает сама учавствовать в данной игре. Исходя из этого, как везде, неприятности. Мы пробуем балансировать на данной грани, дабы весьма интересно было и знатокам, и публике. Но это одна из неприятностей. Их большое количество.

СЕРГЕЙ БУНТМАН — Ни одно поколение игроков выросло на данной игре. Формально и глобально — целое поколение. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Пара поколений. СЕРГЕЙ БУНТМАН — Это пара поколений в игре. Но человечески мы в рамках одного громадного поколения. Сообщите прошу вас, что это за поколение? Они чем-то похожи, эти пара поколений игроков.

В чем его показатели, преимущества и недочёты? Многие из них вошли в совсем другую жизнь, вторыми вещами занимаются… ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Занимательный вопрос. В действительности, вправду. Я время от времени думаю об этом. на данный момент пришли другие люди.

Я не сообщу, что они больше знают либо лучше думают. Но они более практичны, более нацелены на итог. Прагматика — вот их Всевышний. Раньше было сентиментально-романтическое направление. В то время, когда изменялась программа и ввелись деньги, (кроме того романтические тогда), был уже целый конфликт. Старое поколение игроков написало целую телегу мне, где сообщило: «если Вы не уберете деньги, мы отказываемся играться в данной игре». Жизнь шла, и сейчас они так же играются за деньги, как и юные.

НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — В то время, когда Вы рассказываете, что это игроки, возможно ли заявить, что «Что? Где? В то время, когда?» — это особенная игра, наподобие шахмат? Вы рассказываете об интеллектуальном потенциале. Но как применима узнаваемая поговорка к «Что? Где? В то время, когда?», что «шахматы развивают умственные свойства для игры в шахматы». ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — То, что игра развивает умственные свойства — это вправду.

Кстати, мои способности также развиваются. И публика, если судить по письмам а писем миллионы. Спонсоры выдали нам целое помещение чтобы хранить мешки неразобранных писем. У нас нет денег, дабы нанять штат людей, дабы разбирать письма.

Если судить по письмам, за эти 24 года (возможно, хамская у меня идея, самонадеянная) уровень публики неизмеримо вырос. на данный момент они не просто переписывают цитатки из книжек, из книжек, из издания «Знание — сила», они думают, перед тем как отправить вопрос. Это потрясающе. По большому счету у нас публика неповторимая: ее бьют-бьют, а она думает . Я на данный момент отыскал в памяти. Был у нас глава Гостелерадио, Лапин. СЕРГЕЙ БУНТМАН — Да, само собой разумеется.

НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Довольно часто вспоминается его имя, по различным предлогам. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Неглупый был человек. СЕРГЕЙ БУНТМАН — Весьма кроме того. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — И вот, в то время, когда меня увольняли в очередной раз с Центрального телевидения, он все-таки позвал меня и растолковал, из-за чего.

Он говорит: «Что Вы делаете в Вашей передаче?» Я, тогда юный человек, ответил: «Учим людей думать, решать неприятности». Он говорит: «Вот. Вы же национальный преступник!». «Как?», — я опешил. «Вот смотрите: Вы учите людей думать. Ставите вопрос, они думают над этим вопросом. взглянуть на улицу. Жизнь им также ставит вопросы.

И не дай Всевышний они начнут думать в том месте, на улице, над теми вопросами, что им ставит жизнь! Так как окажется ерунда». НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — И не совершил ошибку, ерунда оказалась. СЕРГЕЙ БУНТМАН — У меня два последних маленьких вопроса. Ваше отношение к программе «Брейн-ринг», приглашают ли Вас консультировать, как Вы в ней участвуете и как Вы к ней относитесь?

ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Мысль «Брейн-ринга» в собственности не мне. Но у нас такое правило. В отечественной компании имеется три направления: «Любовь с первого взора», «Брейн-ринг» и «Что? Где? В то время, когда?». Это полностью независимые вещи. И творчески, и материально, организационно.

Исходя из этого без просьбы я ни при каких обстоятельствах не лезу, кроме того с рекомендациями, ни в «Брейн-ринг», ни в другие отечественные программы. Я отвечаю и творчески, и хозяйственно лишь за кусок, за огород «Что? Где? В то время, когда?». СЕРГЕЙ БУНТМАН — И последний вопрос, что пришел из Вильнюса. Весьма встревожились, в то время, когда Вы говорили о поликлиниках, о болезнях. «Нам крайне важно знать как у Вас со здоровьем. Пожалуйста ответьте». ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Вот я на данный момент отвечу (три раза постучал по столу).

СЕРГЕЙ БУНТМАН — Для тех, кто не слышал, я перевожу, что НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВ — Тьфу, тьфу, тьфу. СЕРГЕЙ БУНТМАН — Ты прекрасно перевел, Коля, превосходно. Благодарю громадное, удач Вам. В то время, когда будет что-нибудь светло, я надеюсь, более оптимистичные будут вещи, Вы нам поведайте в обязательном порядке. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Хотелось бы верить в это.

СЕРГЕЙ БУНТМАН — И тогда мы уже с полным основанием в программе «5х5», которая постоянно анализирует неприятности, поболтаем и о проблемах интеллектуальных игр, и новых поколений, и о том, что может сделать телевидение в этом отношении. ВЛАДИМИР ВОРОШИЛОВ — Благодарю. В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» был председатель совета директоров компании «Игра», ведущий программы «Что? Где?

В то время, когда?» Владимир Ворошилов.

www.echo.msk.ru/programs/beseda/12358/

 

Интервью на радио Эхо Москвы с Ярославом Сивульским #StopJWBan


Записи каковые требуют Вашего внимания:

Подобранные по важим запросам, статьи по теме: