Елена дмитриева: «очень надеюсь, что я лишена тщеславия»

Елена дмитриева: «очень надеюсь, что я лишена тщеславия»

Елена Дмитриева: «Весьма надеюсь, что я лишена тщеславия»

По глубокому убеждению Елены Дмитриевой, лучшие юристы — мужчины. Не обращая внимания на это, она окончила в свое время юридический факультет и стала опытным юристом, а с недавних пор и телевизионным судьей в программе «Дела домашние».

О делах юридических, и домашних делах самой героини «МК-Проспект» побеседовал с Еленой Викторовной в ее рабочем офисе без телекамер.  — Елена Викторовна, в одном из собственных интервью вы заявили, что время от времени вам хочется «выйти из-за стола и ударить кого-нибудь по голове чем-нибудь тяжелым». Что вас так угнетает во всем происходящем?  — Бывают обстановке, в то время, когда люди, присутствующие на съемках, весьма вживаются в собственный образ: они начинают честно верить в то, что это в действительности с ними происходило.

Им не требуется ни актерского образования, ни совокупности Станиславского. Возможно, это происходит вследствие того что мы разбираем типовые жизненные обстановки, и любой человек осознаёт, что и он имел возможность бы появляться на этом месте. В синопсисе программы заблаговременно четко отражена определенная позиция, которую обязан отстаивать тот либо другой храбрец.

Но время от времени они внезапно с поразительным упрямством начинают обосновывать в студии что-то противоположное. Исходя из этого время от времени мне вправду хочется выйти и дать им молотком по голове. (Смеется.) Само собой разумеется, я говорю утрированно. Наряду с этим у нас все же имеется договоренность: сюжеты мы ни при каких обстоятельствах не переснимаем, съемку не останавливаем и не даем никаких указаний отечественным храбрецам, кроме того в случае если что-то в ходе пошло не так.

Дубли мы не делаем, исходя из этого выкручиваемся по ходу истории. — Истории, разглядываемые в программе, настоящие?  — Да. Они берутся из писем либо настоящих судебных ответов. В большинстве, само собой разумеется, из писем. Довольно часто мне кроме того задают вопросы, может ли происходить такое в жизни? В какой-то момент я и сама начала в этом сомневаться.

Кое-какие разбираемые нами истории смотрелись как настоящий роман — со своим началом, серединой, интригой и последней частью. Сначала я кроме того просила, дабы мне продемонстрировали письма, желала сама убедиться, как все это по-настоящему. Оказалось, что в жизни смогут происходить такие коллизии, каковые еле придумаешь кроме того для сценария художественного фильма. — Вам продолжительно было нужно вживаться в собственный телевизионный образ?  — А кто мне дал такую возможность?

Таковой возможности у меня не было. — Другими словами в то время, когда вас пригласили на роль ведущей…  — «Пригласили» — это весьма щекотливая форма. — Я знаю, что вы проходили кастинг.  — Да, кастинг был. Дело в том, что продюсер программ «Час суда» Юрий Володарский — мой давешний друг, когда-то придумал первую программу «Час суда» вместе с Павлом Алексеевичем Астаховым. По окончании чего ему пришла в голову идея сделать приблизительно такую же передачу, но уже с ведущей-дамой.

Они проводили большой кастинг, и могу заявить, что у меня была весьма успешная предшественница — юрист Елена Кутьина. Но позднее, для массовости, Юра предложил руководству и другие варианты ведущих, дабы видеоряд смотрелся богаче. не забываю, как на меня надели мантию, посадили за стол и сообщили наблюдать в камеру.

А у меня имеется весьма плохая манера: в то время, когда я говорю, мне в обязательном порядке необходимо наблюдать в потолок, дабы от меня идея не убежала. Но так оказалось, что, взглянув отснятые пилоты, телевизионное руководство выбрало как раз меня. А я в тот момент трудилась с Олегом Попцовым на канале ТВ-Центр, была советником президента канала и покинуть собственную деятельность не имела возможности никак.

Сначала Володарский загрустил, а позднее раздался звонок от сына начальника РЕН-ТВ Ирены Стефановны Лесневской Дмитрия: «Лена, я буду звонить вам ежедневно, пока вы не согласитесь». Тогда я поразмыслила: в случае если уж управление канала в лице двух глубокоуважаемых мною людей видят меня в данной роли, значит, со своей колокольни они делают выводы лучше, чем я. — И как состоялся ваш дебют?  — Я пришла в ту же самую студию, на меня снова надели мантию и сообщили: «Начинаем!» Единственное, сходу предотвратили: глаза наверх поднимать не требуется.

Другими словами идея ловить мне запретили. Заявить, что все было легко, я не могу. Но все же в какой-то степени мне выяснилось несложнее. В то время, когда на телевидение приходит человек не из профессии, у меня создается чувство, что он лишен весьма многих комплексов. Человек, трудящийся в кадре, неизменно обязан знать собственный удачный ракурс, не забывать, как ему необходимо повернуться. Вот у меня, к примеру, не самый маленький шнобель, но мне никто не растолковывал, что с таким долгим носом мне нельзя садиться в профиль.

Исходя из этого я сажусь так, как мне комфортно и комфортно сейчас. — Сейчас мы разговариваем с вами не в телевизионной студии, а в рабочем кабинете — чем вы занимаетесь тут?  — Тут я — юрист. У меня корпоративные клиенты, решаю неприятности, которые связаны с хозяйственными, денежными либо налоговыми спорами. Юридическое образование у нас весьма широкое: за пять лет обещают выучить всем отраслям права. — Другими словами вы заканчивали юрфак?  — Да, юридический факультет московского университета, кафедра трудового права.

И диссертацию защищала по данной профессии. — Вы случайно не потомственный юрист?  — Потомственный. Отец у меня — химик, но мама — юрист, доктор наук университета. Я также юрист, и сын окончил юридический.

Но он отправился по второй стезе, выбрал кафедру права. на данный момент уже трудится. — Как ваши домашние отнеслись к тому, что вы стали вести телепрограмму?  — Нормально. По причине того, что благодаря мужу я и попала в это мероприятие. Он — телевизионщик, уже много лет трудится на телевидении и относится к этому как к определенной профессии, профессии. Родители также восприняли все как само собой разумеющееся. У нас в семье ни при каких обстоятельствах не приветствовалось такое уровень качества, как тщеславие.

Весьма надеюсь, что я этого лишена. — в один раз вы кроме того заявили, что вам не очень приятно, в то время, когда вас определят на улицах либо в магазине. Это вправду так?  — Само собой разумеется, это кокетство: любому человеку приятно, в то время, когда его определят. Все-таки в этом замысле у нас люди весьма дружественные. Зависть у них не превалирует над всеми остальными эмоциями.

Так что в то время, когда я слышу вывод: «Ой, я так устал от данной славы!» — в лучшем случае это кокетство, в нехорошем — ханжество. Если ты — актер либо певец, для тебя это, непременно, должно быть приятно, поскольку это подтверждение твоей состоятельности в профессии. Я-то считаю, что у меня профессия вторая.

А вдруг меня определят — громадное людям благодарю. Значит, они наблюдают программу. Но пользоваться мне этим не легко: пройти без очереди я не могу. — Другими словами телевидение для вас — скорее хобби?  — Не могу заявить, что это хобби. Если бы я точно не знала, что эта программа нужна людям, я бы ни при каких обстоятельствах не стала этим заниматься. Не обращая внимания на славу, уговоры и мое уважительное отношение к телевизионному руководству. А тут я точно знаю, что благодаря программе люди хоть чуть-чуть знают, как защищать собственные права.

Так как в большинстве собственном народ у нас непросвещенный. Для него отказ государственного служащего, написанный на бумажке, — финиш судьбы. Он не знает, что с этим делать дальше, по причине того, что никто ему ничего не растолковывает. — Как-то вы заявили, что лучшие судьи, по-вашему, — это мужчины. И лучшие повара — также мужчины.

При таких условиях как вы себе воображаете роль дамы?  — Роль дамы — та, которую она сама себе изберет. какое количество бы социологи ни говорили, что мужчины у нас на данный момент не сильный и инфантильные, а дамы посильнее. Я считаю, что дама — это такое существо, которое постоянно сделает так, как рекомендует.

Возможно, это ошибочная позиция, возможно, она набьет себе большое количество шишек по дороге, но она неизменно сама выбирает для себя определенные ориентиры. Это разъясняется тем, что на генетическом уровне дамой постоянно руководит инстинкт заботы о детях. Какие конкретно бы спонтанные ответы она ни принимала, через какой-то временной отрезок делается ясно, что это решение было принято вследствие того что дама вычисляла: так будет лучше для ребенка. — Кто в вашем доме глава семьи?  — Супруг, само собой разумеется.

Для чего же мне претендовать на это? Он — глава, он принимает решения и несет за них ответственность. Каждые решения — это неизменно степень ответственности. — Ваш телевизионный образ — весьма важный. А в жизни?  — В жизни у меня темперамент еще хуже. (Смеется.) Непременно, в жизни я более эмоциональная, поскольку юрист — он же в конечном счете не сухарь, правда?

Да и в программе я могу пошутить, но это не означает, что все мои шутки покинут в конечном варианте передачи. Время от времени я не выдерживаю, и в моем голосе чувствуется сарказм. Таких ситуации из программы совершенно верно вырезают. — В то время, когда приходится выносить решения в чью-то пользу, вы постоянно руководствуетесь только законом?  — Непременно.

Действительно, существуют и без того именуемые оценочные дела. С той точки зрения, что какая-то сторона предоставила больше доказательств, а вторая вместо того, дабы заниматься бумажками и что-то делать, негромко проспала. Так как вы должны доказать собственную правоту.

Значит, у вас должны быть доказательства и определённые факты, на каковые вы ссылаетесь. Такие дела относятся к категории оценочных, в то время, когда судья наблюдает, как любая из сторон обосновывала то, что она представила. — В случае если благодаря собственной профессии вы боретесь за правду, то, возможно, и сами в жизни стараетесь выполнять лишь верные поступки?  — Мне весьма сложно делать выводы, как я верная либо неверная. Любой человек в себя — большой конформист.

Мы не склонны прощать ошибки и просчёты вторых людей, но с необычной легкостью прощаем ошибки и собственные просчёты. Изживать в себе этого конформиста не нужно, по причине того, что от этого страдает людская психика. В противном случае человек начинает всецело себя винить во всех неточностях и, не считая неточностей, ничего не видит. — Как вы любите проводить собственный свободное время?  — С книжкой на даче, сидя в кресле на улице.

Самое превосходное время! По большей части вследствие того что не требуется все время ловить идея, как предполагает юридическая профессия. У нас всегда была просматривающая семья.

не забываю, в период СССР, в то время, когда была совокупность подписных изданий, в то время, когда я получала образование четвертом либо пятом классе, запустили глобальную литературу в 2000 томов. Я прочла их всецело, но какие-то важные вещи все равно так и остались для меня закрытыми. Что я имела возможность осознать в семь лет в «Илиаде»? А сейчас с течением времени какие-то книги перечитываю и познаю что-то новое. — Как вы разделяете домашние обязанности с супругом?

Я просматривала, что на даче вы постоянно готовите первое, а супруг — второе.  — Да, все так и осталось. Мне думается, что разделение обязанностей — понятие условное. В каждой семье это складывается по договоренности, по умолчанию. В случае если люди относятся друг к другу с уважением и доверием, то сказать в какой-то момент: вот, ты не пылесосишь, ты плохой, — это бессмысленно.

Укорять человека в том, что ему не оказывают помощь в домашних делах… Вы или договоритесь, или не обращайте на это внимания. Понимаете, у мужчин имеется совсем фантастическая свойство оставлять носки в том месте, где они оставляются, а не в том месте, где им положено быть. Возможно израсходовать всю собственную жизнь, растолковывая, что лучше носки куда-то донести, а возможно их самой и не устраивать разборку по этому поводу.

Необходимо постоянно искать компромисс. женщина и Мужчина — весьма различные создания. С различным назначением, с различной направленностью в жизни. Исходя из этого в то время, когда они соединяются в браке, они ни при каких обстоятельствах не станут равными между собой. Бессмысленно искать равенство в том месте, где его не может быть.

Исходя из этого в первую очередь необходимо освоить науку уступать. А вот до какой черты уступать — любой человек интуитивно определяет для себя сам. — Все-таки хочется определить поточнее, как у вас темперамент хуже, чем думается в кадре?  — Я не знаю, какой у меня темперамент в кадре. В то время, когда обо мне говорят «строгая» — у меня это все время ассоциируется с моей классной руководительницей, которая была превосходной учительницей физики.

Непременно, она была строгая, но наряду с этим ее обожал целый класс. Легко по судьбе она была весьма честная, с определенными, достаточно твёрдыми установками. А вдруг я не радуюсь в кадре, это не означает, что я строгая. Вы воображаете себе хихикающего судью в настоящей судьбе?

Как-то это странновато, мне думается. — А в школе вы были отличницей?  — О чем вы рассказываете! Чтобы поступить на юрфак, мне необходимо было сдать четыре экзамена, плюс учитывался средний балл аттестата. Поступить на юрфак всегда было весьма сложно, и без репетиторов в тот момент у меня не обошлось. Не могу заявить, что я была лишена свойств в физике и математике, но все-таки приоритетными предметами для меня всегда были те, каковые мне необходимы были для поступления в университет.

А вот по поведению у меня всегда была жёсткая «двойка». Не могу заявить, что я была хулиганкой, но уж по крайней мере оппозиционером — это совершенно верно. Мне ни при каких обстоятельствах не нравилась эта комсомольская либо пионерская совокупность, в которую меня желали запихнуть. Исходя из этого, в то время, когда я заканчивала десятый класс, директор школы проводил меня словами: «Слава всевышнему, мы наконец производим 10 «Б» и Дмитриеву также». — Елена Викторовна, о чем вам мечтается на досуге?  — Кроме того не знаю.

Это скорее не грезы, а просто жажды, дабы у ребенка все было прекрасно, дабы родители были живы-здоровы, дабы у друзей все было нормально, дабы родственники радовались. Обычные человеческие жажды.

EMIN АНИ ЛОРАК — Я НЕ МОГУ СООБЩИТЬ / ПРЕМЬЕРА СИНГЛА 2016!


Записи каковые требуют Вашего внимания:

Подобранные по важим запросам, статьи по теме: