Два бойца

Два бойца

Два бойца

Сценарий картины «Два бойца» (по мотивам повести Льва Славина «Мои земляки») Евгений Габрилович писал в Москве в начале 1942 года. «Я спешил вовсю: близился срок моего отъезда на фронт, нужно было успеть послать сценарий в Ташкент, на студию, — писал в своих мемуарах узнаваемый драматург. — Писал — и не перечитывал. И первый, кому я его прочёл в ту столичную военную пору, был мой пес Ингул… Сценарий, как показалось в ночном этом чтении, был далеко не оптимален, целый как-то порван, неровен… Возможно, я начал бы писать все сперва, если бы у меня оставалась хоть капелька времени. Но утром нужно было уезжать…»

История, как показалось драматургу, сложилась несложная, с чуть ли не пустяковым конфликтом-недоразумением, но усложнять сюжет драматург уже не мог. Так и отослал.

Ташкент сорок второго года, где собрались творческие коллективы трех студий — Киевской, «Мосфильма» и Ташкентской, стал средоточием театральных работников и кинематографистов. «Тут, — вспоминал Марк Бернес, — возможно было встретить актёров и режиссёров всех рангов, начиная с прославленных мастеров до дебютантов. Любой режиссер имел возможность широкого выбора актеров для собственной картины. Съемки шли от восхода до захода солнца, а узбекское солнце нехотя покидает небосклон.

Выпускались боевые киносборники, в которых учавствовал и я, армейские фильмы с бесчисленными атаками, атаками, сценами сражений. И внезапно на студию пришел сценарий совсем иного замысла! Произошло парадоксальное.

Не обращая внимания на кажущуюся камерность содержания фильма, в нем открылся широкий мир людских взаимоотношений, мир жёсткой солдатской дружбы».

Эпизод фронтовых будней Ленинградского фронта, положенный в базу сценария, дал импульс поэтическому плану.

Режиссер Леонид Луков не имел возможности не оценить преимущества нового, по существу, взора на войну, фокусировавшего внимание не на баталиях, каковые кинематографисты, оторванные от реалий войны, смогли воплотить не весьма убедительно, в противном случае и открыто фальшиво. А на характерах несложных храбрецов — уральца Саши Свинцова и жителя Одессы Аркадия Дзюбина.

«Два бойца» стали первым фильмом, утверждавшим в неспециализированном-то несложную истину: на войне не только сражаются, на войне — живут… Ленинградский фронт, где война приняла «оседлый», окопный темперамент и где паузы между боями стали неспешно растягиваться, воображал особенную возможность пристально присмотреться к своим храбрецам в землянок и обыдённой обстановке блиндажей, прислушаться к их шуткам и простым разговорам во время затишья, да им в глаза.

Фильм поведал о дружбе двух бойцов-пулеметчиков, столь непохожих и снаружи, и по собственному темпераменту: добром, неторопливом, основательном богатыре — «Саше с Уралмаша» и балагуре и темпераментном шутнике — одессите Аркаше Дзюбине.

Борис Андреев был утвержден на роль Саши Свинцова сходу, по причине того, что Леонид Луков прекрасно его знал, снимал его еще до войны во второй половине 30-ых годов двадцатого века, в собственном фильме «Громадная судьба». А вот на роль Дзюбина режиссер продолжительно не имел возможности подобрать исполнителя. У Лукова был соблазн взять на эту роль кого-нибудь из популярных актеров, того же Николая Крючкова либо Петра Алейникова.

Но он справедливо опасался, что свойства наработанных ими прежде образов нечаянно перенесутся и на Дзюбина. Нужен был исполнитель еще не хватает узнаваемый, дабы взрастить в фильме уникальный и свежий темперамент, предложенный в сценарии. Предпочтение было дано Марку Бернесу.

Много было нужно потрудиться авторам фильма, дабы создать хоть какое количество-нибудь точную и ясную воздух действия, запечатлеть особенный вид «окопной войны». Медленная панорама по пригородам Ленинграда. Дворцовый парк, скульптура на изгибе реки… Оператору Александру Гинцбургу было нужно, пожалуй, решать самую непростую задачу: разными средствами и техническими приспособлениями бороться с броским ташкентским солнцем, дабы хоть в какой-то мере воссоздать особенный колорит окрестностей Ленинграда.

Маскировочные сетки над окопами, недалекие взрывы снарядов, комья почвы, обрушивающиеся на сетки, начальник у бруствера, замечающий за обстановкой боя, — все это лишено внешней натужной патетики, формирует задуманное авторами чувство повседневности происходящего.

Следующий эпизод переносит нас в блиндаж. Дзюбин говорит бойцам о том, как его приятель Свинцов, где-то раздобывший громадный трофейный маузер, так напугал собственной стрельбой немцев, что они начали бомбардировку… Дружный хохот в ответ на шутку. О войне никто не говорит. Почтальон приносит письма.

Затихшие воины в мыслях уносятся в своих мемуарах куда-то на большом растоянии, к родным… Сейчас Аркадий берет в руки гитару и звучит песня «Чёрная ночь»…

Продолжительные большие замыслы воинов. Неподвижных, отрешенных. «Ты меня ожидаешь и у детской кроватки не дремлешь…» Камера, медлительно приближая лица слушающих, как бы включает и зрителей фильма в поток реально текущего времени. Время выполнения песни сливается с временем ее экранного переживания. Все легко и совершенно верно.

Способ пристального кинонаблюдения и рождает совсем необычный «эффект присутствия», взявший потом развитие в телевизионных сериалах. Песня же «Чёрная ночь» о вере, любви и надежде стала воплощением смысла фильма, одной из вершин песенного творчества композитора Никиты Богословского.

Любопытно, что фильм так и не взял у историков кино четкого жанрового определения. Вероятнее, его возможно назвать балладой о солдатской дружбе, пронизанной лиро-эпическими интонациями.

Так уж произошло, что Габрилович, отослав сценарий Лукову в Ташкент, на фронте, спустя год, услышал песни из фильма. Они звучали везде. Их распевали воины в землянках и раненые в медсанбатах.

Создатель сценария тревожился о том, что, не считая песен в картине, возможно, и нет ничего хорошего. Но где-то под Харьковом, в истерзанном осколками и пулями кинотеатре, он в первый раз взглянул «Двух бойцов» и высоко оценил игру Бориса Андреева и Марка Бернеса,

Борис Андреев вычислял роль Саши Свинцова одной из собственных успехов, и в полной мере справедливо. Образ воплощен строго и глубоко актером сильным, предельно русским. Вот он говорит, радуется либо злится, сражается с неприятелями либо разговаривает с втором. И в каждую секунду светло, как он искренен до простодушия, скромен до застенчивости, как верен в любви, надежен в товариществе, какая это чистая и цельная натура.

За ним как за стеной. Для того чтобы не испугать, не переместить, не победить. Без особых уверений и всяких фраз Саша с Уралмаша создавал у зрителей убежденность в будущей победе.

Аркадий Дзюбин — человек иного склада, из тех, кто может быть на виду, артистичный, душа компании, талантливый и на стремительный душевный отклик, и на острое словцо. Он с радостью подшучивает над собственным немногословным и медлительным втором-богатырем и испытывает к нему же глубокую симпатию.

В памяти миллионов зрителей различных поколений худощавый житель Одессы в тельняшке с гитарой в руках и замечательный, как медведь, богатырь остались как реально встреченные в жизни, невыдуманные люди. Так колоритно и полнокровно были вылеплены эти несхожие характеры.

А тем временем на экране между неразлучными приятелями появляется конфликт. На протяжении однодневного отпуска Саша согласился Аркадию, что у него в Ленинграде имеется знакомая женщина Тася. Они отправляются к ней к себе домой. По возвращении же определят, что был тяжелый бой, многие погибли.

Изнуренные боем и придавленные бедой люди в землянке молчат. Аркадий решается их расшевелить, поднять им настроение. Очень сильно привирая, он принимается говорить о собственном с Сашей путешествии к Тасе.

В юмористическом и безжалостном его описании Саша предстает наивным и недалеким увальнем, вообразившим себя предметом пылкой любви совсем равнодушной к нему девушки. Склонной словно бы бы по окончании знакомства с Аркадием питать ласковые эмоции как раз к нему.

Зритель фильма замечательно осознаёт, что история эта не имеет ни мельчайшего соответствия с поведением умной и скромной Таси, какую он только что видел на экране.

Зритель готов забыть обиду Аркадия, догадываясь, что тот ерничает и прихвастывает о себе лишь чтобы взбодрить упавших духом товарищей. Но прямодушный и наивный Саша на экране удивлен услышанным. С непередаваемой печалью он заявляет Аркадию: «То, что я тебе доверил как приятелю, ты растрепал всем!»

По просьбе Саши начальник разводит его и Аркадия по различным пулеметным расчетам. А дальше наступает пора боевой проверки их дружбы на прочность: выручая Аркадия от наседавших немцев, Саша принимает пламя на себя, и, раненный, попадает в больницу. Еще не зная, кто их выручил в критический момент, Аркадий говорит собственному ассистенту: «Да, с этим мальчиком я бы прочно выпил по окончании боя, он подарил нам малость — жизнь!»

От имени раненого приятеля Аркадий пишет проникновенные письма Тасе в Ленинград, усиливая ее ответное чувство к Саше. Выйдя из военного госпиталя, Саша видится с Тасей в городе, поскольку линия фронта, как сообщено в титрах, «проходила в конце трамвайного пути…». Тут узнается история с письмами. Саша растроган, удивлен поступком приятеля. «А письма заберите, — кричит он Тасе при расставании. — В них все правильно написано, все правильно — совершенно верно!»

Фильм, как уже говорилось, снимался в Ташкенте, и единственное, что разрешили себе авторы, — вмонтировать пара хроникальных кадров, запечатлевших жизнь осажденного города В постановочных, игровых эпизодах картина убеждает правдой переживаний собственных храбрецов, прослеживая узкие перемещения людской души. Чувство фальши появляется лишь в некоторых батальных сценах, в особенности в изображении неприятелей. Немцы ходят в наступление трусливо.

Скоро, вприпрыжку они улепетывают с поля боя под кинжальным огнем дзюбинского пулемета. Но, облегченное и карикатурное изображение соперника — особенность далеко не одной лишь картины «Два бойца». В фильмах, снятых в годы самой войны, подобная трактовка образа неприятеля имела собственные основания, она отвечала зрительским ожиданиям

Любопытно, что кроме того фронтовики не уличали живописцев в фальши, считая, что авторы вправе изображать фрицев злобными, но трусливыми ничтожествами. И открыто патетический финал фильма «Два бойца», восторженно принимался в тылу и на фронте, по причине того, что высказывал в первой половине 40-ых годов двадцатого века незыблемую уверенность в будущей победе.

Анатолий Волков

 

Два бойца (1943) фильм наблюдать онлайн


Записи каковые требуют Вашего внимания:

Подобранные по важим запросам, статьи по теме:

  • Каплер алексей: история кино — это история кинорежиссуры

    Каплер Алексей: История кино — это история кинорежиссуры К 100-летию со дня рождения Алексея Каплера. Известный коммунистический кинодраматург Алексей…

  • Эмиль брагинский: «я пишу о любви…

    Эмиль Брагинский: Я пишу о любви, которая имеется вправду любовь. Задача написать об Эмиле Вениаминовиче Брагинском — непростая. Из-за чего? Да потому,…

  • Аль пачино: закоренелый холостяк

    Аль Пачино: закоренелый холостяк 25 апреля голливудская звезда отмечает собственный 70-летний юбилей! «Российская Федерация К» в данный сутки продемонстрирует документальный фильм «Аль…

  • «Последний из могикан»: лучшие роли юрия яковлева

    «Последний из могикан»: лучшие роли Юрия Яковлева В четверг вечером канал ТВЦ продемонстрирует документальный фильм «Юрий Яковлев. Последний из могикан»,…

  • Проснулись известными: кому принесли…

    Проснулись известными: кому принесли успех новые русские сериалы 2015 года Артисты, о которых отправится обращение в обзоре, начинали собственную карьеру в громадном…

  • Я желаю вечной судьбе

    Я желаю вечной судьбе Это интервью забрано у актрисы Екатерины Георгиевны Градовой, сыгравшей в культовом фильме «Семнадцать мгновений весны» роль радистки…

  • «Терминатор: генезис»: как режиссер…

    «Терминатор: Генезис»: как режиссер «Игры престолов» перепридумал фильм «Терминатор» «Терминатор: Генезис» — это не римейк, не перезагрузка, не сиквел….

  • Сталин: кто изображал вождя в кино

    Сталин: кто изображал вождя в кино 5 марта исполняется 60 лет с того времени, как не стало Иосифа Сталина. Пожалуй, его фигура — одна из самых неоднозначных в…