Алексей пиманов: я знаю, кто меня заказал

Алексей пиманов: я знаю, кто меня заказал

Алексей Пиманов: Я знаю, кто меня заказал

Ведущему программы «Человек и закон» угрожают расправой

Пять закон «и лёт Человек» (Первый канал) держит стабильные рейтинги. Бессменный создатель и ведущий программы Алексей Пиманов подкупает зрителей внутренней силой и необычным самообладанием. Недавно он начинал еще в качестве режиссера сериала «Александровский сад» и приключенческого боевика «Три дня в Одессе».

— Ваша передача иногда затрагивает очень острые темы. Говорят, одно время к вам кроме того приставили охрану…  — Это случилось, в то время, когда мы еще раз возвратились к теме оборотней в погонах и зацепили одного весьма влиятельного государственного служащего МВД России. Тогда по моим каналам мне пришла информация, что в узком кругу он распорядился со мной разобраться. У нас имеется собственные возможности остановить подобные действия. Мы их остановили.

Но это не была охрана в простом ее понимании. Здоровые лбы с крепкими затылками – это не охрана, лишь видимость. В случае если кто-то захочет, не дай Всевышний, разобраться по-настоящему, этому нет ничего, что помешает: снайпер на крыше и финиш. В моем случае меня прикрыли, но прикрыли совокупностью определенных мероприятий.

Увы, так нам приходится поступать частенько…  — Но всем известны примеры громких убийств журналистов…  — Необходимо осознавать, кого убили и за что. За каждым таким убийством стоит собственная история. Я прекрасно осознаю, кто стоит за убийством Политковской, Влада Листьева, Холодова. Но это особенная тема…

-Предположу, что вас судебными исками?  — Неизменно! Не смотря на то, что мы суд проиграли за все время лишь один раз, это было году в 98-м. История касалась Калиниченко, бывшего следователя по особо важным делам.

Проиграли лишь вследствие того что весьма грамотно был составлен иск: у нас попросили документ, которого не имело возможности существовать в принципе…

— Вас возможно поздравить, вы сравнительно не так давно отметили юбилей, 45 лет…  — Это считается юбилеем. Но в моем окружении все прекрасно знают мое отношение к таким праздникам. Последние шесть лет я в данный сутки удираю с женой в Питер, к приятелям… Не обожаю ставить людей в неудобное положение, заставлять их что-то дарить. Мне думается, праздничные дни в другом. В то время, когда мы пересекаемся с приятелями ночью в ресторане и сидим до четырех утра, болтаем — это праздник настоящий… Здорово, что ты можешь себе это разрешить.

Я обожаю сегодняшнее время. Ни за что не желал бы возвратиться лет на двадцать назад, в то время, когда необходимо было пробиваться. У меня много лет из-за постоянной необходимости делать ход за шагом вперед было немыслимое не физическое, а моральное давление на сердце, таковой ком в.

Чувство постоянного стресса. на данный момент также не легко: нагрузки важные, но это все второе, состояние полета, кайфа, и не нужно никому ничего обосновывать…

— Но, возможно, на данный момент трудится уже имя, репутация…  — Да, возможно. И вдобавок, плохо в этом признаваться, но много лет я пробовал быть для всех хорошим. Переживал, в случае если кто-то обо мне не хорошо сказал, пробовал растолковать, что я не таковой.

Но в какой-то момент я успокоился, начал поступать так, как считаю нужным. Не смотря на то, что количество неприятелей не уменьшилось, знаю, что огромное количество людей меня ненавидит…

— На экране вы постоянно предстаёте таким невозмутимым, а возможно ли вас представить метающим копии, разносящим в прах и пух собственных сотрудников? — Само собой разумеется! Но это не редкость очень редко. У меня довольно высокая планка, по окончании которой я срываюсь. Меня сильно необходимо дотянуться…

— Прощать можете?  — К тому же как. Но лишь не в глобальных вещах. В противном случае .

— Приходилось сталкиваться с предательством друзей?  — Да. Сравнительно не так давно у меня была обстановка. Не буду именовать имя. Это был достаточно близкий мне человек, режиссер. В течение шести месяцев он разрывался, трудясь со мной и на стороне. Я попросил его наконец определиться, осознавал, что в том месте платят больше. Он ушел, благодарил меня, вспоминал отечественную долгую дружбу. Но через дни я выяснил, что, уходя, он вынес сто кассет c неповторимой хроникой.

Кассеты мы вернули. Но дело не в этом. Для меня то, что он сделал, находится за гранью понимания.

на данный момент данный человек для меня. Настоящий мужик так поступать не имеет возможности.

— А вы сами слабость ни при каких обстоятельствах не проявляли?  — На удивление, нет. Не смотря на то, что был один момент в армии. Первые двадцать дней в том месте — самый громадный стресс в моей жизни. Из Москвы с третьего курса университета я попал в элитные армии связи, на закрытую площадку Байконура.

В том месте царили совсем ужасные тюремные законы. Из 56 человек 45 «стариков» 11 младших за 14 дней превращали в скотов. С вечера до утра все офицеры уезжали в город, и тогда начинался преисподняя. «Деды» надевали на голову пакеты с кузбасcлаком, по окончании чего через несколько мин. человек ловил кайф, его тянуло на подвиги. А что делать на закрытой площадке, затянутой колючей проволокой? Издеваться над молодыми… Предлог обнаружили любой и начинали бить до смерти.

Это поощряли офицеры: в то время, когда они возвращались утром, то делали вид, что не подмечают ни синяков, ни кровоподтеков на лицах молодых. Обстановка была ужасная. Нам говорили в лицо: «Убьем, закопаем, и никто не отыщет, сообщат сбежал».Поверьте, не нашли бы, степи в том месте огромные…Сутки на пятнадцатый у меня сдали нервы, я осознал, что мне на следующий день тут быть нереально, в противном случае либо я убью кого-нибудь, либо меня убьют. Подошел к офицеру и попросил меня перевести куда угодно.

Он «настойчиво попросил» объяснений, и тогда я осознал, что не смогу предать собственных ребят, среди них я главенствовал инициатором сопротивления… Промолчал и, сцепив зубы, возвратился к своим.

— В то время, когда вы сами стали «дедом», не стали действовать такими же способами?  — Это целая история. «Старики» отстали от нас, по окончании того как устроили нам 10-километровый кросс по степи в 56 градусов жары в химзащитных костюмах. Один из сержантов километре на третьем нас пробовал все остановить, заметив, что мы уже на грани. Но мы уперлись и добежали.

не забываю, в то время, когда я снял резиновые сапоги, они наполовину были наполнены позже… Мы были единственным призывом, что не издевался над молодыми. Меня кроме того из армии демобилизовали на месяц раньше, по причине того, что я офицерам мешал устанавливать собственные порядки…

— Вы сами из Москвы, а кем были ваши родители?  — Я весьма обожаю маму, она превосходный человек, не сумевший взять высшего образования, но с сильным умом и хорошим вкусом. Три года, в то время, когда из семьи ушел папа, она поднимала нас с братом одна. Трудилась на грани вероятного, брала заказы на дом.

Отчима мы с братом обожали, он был фантастическим человеком.

-А каким вы были в юные годы?  — Я обучался на круглые пятерки класса до седьмого, позже увлекся футболом и школу закончил с парой-тройкой четверок. В юные годы я был намного выше ровесников, замечательнее их и дружил с ребятами из компании старшего брата. Неприятности у меня были лишь с дисциплиной. не забываю меня с треском сняли с должности главы совета отряда за то, что я подбил класс на пара прогулов уроков математики.

Но очень я от этого не страдал. В то время я же действительно увлекался спортом и гитарой.

-Увлечение спортом имело возможность перерасти в профессию?  — Имело возможность. Спортом я без шуток занимался. На футбол в спортшколу в Лужниках меня отдали лет в шесть. Позднее меня стали привлекать в команду мастеров, игрался за «Локомотив» в дублирующем составе. Дедовщина в спорте была не хуже, чем в армии.

Мне внесли предложение уехать из Москвы играться за вторую лигу, покидать столицу не хотелось, и в 19 лет я футбол кинул, отправился получать образование университет. До этого я уже закончил телемеханики и техникум автоматики. Превосходное заведение, практически институтское образование.

В то время, когда пришел в МИФИ, мне было уже легко. Но на третьем курсе меня забрали в армию, а по возвращении я отправился трудиться на телевидение…

— Тогда в том направлении без журналистского образования попасть было непросто…  — Еще на протяжении учебы в МИФИ я начал публиковаться, выпустил эссе, повесть – о чем вспоминаю с ухмылкой. Но это мне сослужило хорошую работу. Я приехал в Останкино по объявлению на работу видеоинженером, но случайно попал в второй отдел кадров, и мне внесли предложение сходу должность производящего редактора спортивной редакции. Но, взвесив все, я предпочел работу видеоинженера.

На каждой съемке я записывал все, что происходит, вел ежедневники. Позднее ушел на свободные хлеба. Начал снимать документальное кино для чужестранцев.

Начал получать солидные деньги. В то время, когда мне внесли предложение стать ведущим программы «Ступени» и старшим реактором программы, я еще месяца два упирался… Я же кроме документального кино и видеоклипы тогда снимал, и первые рекламные ролики. Деньги получал хорошие.

А мне внесли предложение 190 рублей, для меня это было через чур мало. Но позже уговорили… Подкупило то, что я буду ведущим.

— К этому времени вы уже успели обзавестись семьей?  — Первый раз я женился рано, в 18 лет. Мы познакомились в техникуме. Приятели ошалели, само собой разумеется, но мои родные очень не дергались. Осознавали, что материально потяну. Я рано начал зарабатывать деньги.

Лет в 16, в то время, когда попал в команду мастеров, мне платили хорошие по тем временам деньги – 180 рублей. Плюс подрабатывал с приятелями, играясь с ансамблем на свадьбах. Исходя из этого позволить себе имел возможность очень многое. Но родители меня очень сильно не дергали. Осознавали, что с катушек не слечу. …Позднее уже, трудясь на телевидении, я встретил собственную вторую жену Валентину.

на данный момент она создатель и ведущий программы «Кумиры».  — Ваши дети также пошли трудиться на телевидение, как вы в этом им помогали?  — Что касается профессии, отношусь к ним предельно жестко, как ни к кому второму. Изначально я был категорически против того, дабы они шли на телевидение. Осознавал, что будут сравнивать.

Денис сперва поступил на режиссерский и лишь позже сообщил мне. В то время, когда он захотел параллельно трудиться, я дал его самому твёрдому человеку в компании, попросил гонять как возможно посильнее. Через два года тот подошел ко мне и заявил, что из Дениса выйдет толк.

Он выдержал, не скулил, и неспешно стал в программе «Человек и закон» лучшим режиссером.

— Дочку точно особенно хотелось беречь?  — Я постоянно видел, что у Даши весьма хороший слог, необычный, собственный язык. Как-то я дал совет ей написать сценарий документального кино. Она начала сопротивляться, не смотря на то, что с детства видела, как трудимся мы с Валей. Но написала. Я правил лишь первый раз.

на данный момент она создатель сценария, редактор и сопродюсер проекта «Фильм о фильме». Характером перещеголяла кроме того меня, прошибает стенку головой..

— Что для вас было определяющим в воспитании детей?  — Я постоянно старался лишний раз их не дергать, но четко расставлял флажки: что возможно, а что запрещено. Так было и у меня когда-то. Один эпизод из моего детства засел у меня на всегда.

Родители подарили мне классные дорогие лыжи. Я неудачно съехал на них с горы и сломал. Я не знал, что сообщить родителям, и свалил все на соседского мальчишку. В то время, когда мама разобралась, то всыпала ремнем так, что мало не показалось.

Тогда у меня четко отложилось: ни при каких обстоятельствах не лгать. И детей собственных учил этому же… 

закон и Человек — Выпуск от 20.01.2017


Записи каковые требуют Вашего внимания:

Подобранные по важим запросам, статьи по теме: